Ошеломлённая тем, что госпожа вообще с ней заговорила, да ещё на такую тему, Рена только и смогла выдавить:
– Вы так думаете?
– Ну да, – усмехнулась Аликс. – Сейчас у тебя вид послушной пай-девочки. Однако ты вряд ли такая на самом деле. Иначе бы мы с тобой не были сейчас здесь. Как тебя зовут?
Рена хотела было ответить, но вдруг передумала. В конце концов, её всё ещё разыскивают солдаты.
– Кара, – ответила она.
– Говори правду, пожалуйста.
– Рена, – опустив глаза, сказала она. Неприятно, когда тебя ловят на лжи.
– Сбежала? От родителей или от мастера?
Рена обхватила руками колени:
– Родителей я не видела уже три зимы. Так у нас принято… Детей отдают в ученье мастерам. Я жила у своего дяди.
– А родителей ты хорошо помнишь?
– Да, конечно. Но я не особенно жалела, что пришлось от них уехать.
Внезапно перед её внутренним взором снова возникло угрюмое лицо матери и отсутствующая улыбка отца, предназначенная не для неё.
– У тебя было призвание, связанное с деревьями, верно?
– Да, я училась на мастера по дереву.
Аликс взглянула вверх, на ветви коливаров:
– Ты правда слышишь стихи, которые читают деревья?
– Правда, – кивнула Рена, едва сдерживая улыбку. – Они постоянно разговаривают. В основном обо всяких глупостях, но иногда бывает интересно послушать.
– Может быть, однажды я попрошу тебя перевести мне кое-какие их беседы. Не говорят ли они, случайно, что за люди бродят по лесу и что делают?
– Говорят, но только когда это касается их самих.
Рена оборвала фразу на середине. Что она творит?! Стоило услышать доброе слово от госпожи, как принялась лепетать, словно ума лишилась! Если её собратья по Гильдии Земли узнают, что она передала столько сведений другой гильдии…
Ювелирша, казалось, не заметила, что Рена прервала рассказ на полуслове:
– Жаль, было бы неплохо знать, что происходит в лесу… а сейчас мне особенно интересно, что замышляют хитрецы, прячущиеся в кустах слева.
Рена вздрогнула и посмотрела налево. Почему она не прислушалась к разговору деревьев?!
Аликс укоризненно покачала головой и неторопливо расчесала длинную прядь:
– Успокойся. Пусть сами решают, показаться нам или нет.