Теперь, подойдя ближе, Шен оценил реальные масштабы этого места и стал подумывать, а не город ли это. Однако поверить, что деревня оказалась затеряна между гор и никому неизвестна — можно было, но вот, чтобы целый город — это вряд ли.
На улице не оказалось ни одного прохожего и было удивительно тихо. Сверху доносились трели птиц, радующихся утреннему солнышку.
— Возможно ли, что эта деревня заброшена? — предположил Шен, оглядываясь.
— То поле не выглядело заброшенным, — возразил Ю Си. — К тому же, кто-то увел наших лошадей.
Шен ощутил себя Муаном и почувствовал, как его уши слегка покраснели.
«Черт возьми, Муан мог бы прикрывать их волосами, раз уж имеет склонность к столь яркому проявлению чувств», — подумал он шутя. Очевидно, несмотря на такую неудобную особенность реакций тела, самого Муана было этим не пронять.
Муан смотрел на него, криво улыбаясь его же губами. Взгляд черных глаз будто бы говорил: «Ха!» — и в этом «Ха!» было очень много ехидства. Шену захотелось его укусить, но он решил воздержаться от немедленного воплощения сего желания — зрители могли не оценить порыв.
Улица, по которой они шли, была чисто выметена, что тоже свидетельствовало о том, что за деревней следят. Однако солнце уже давно взошло, а тишина стояла нехарактерная для деревенской жизни.
Постепенно все продвигались в сторону площади. Разглядывая резьбу на домах, Шен отметил про себя, что она довольно искусна, однако теперь стало видно, что краски сильно выцвели на солнце и кое-где облупились. Он бы предположил, что ее не обновляли как минимум лет десять.
По обыкновению в центре площади располагался колодец. Рядом стоял старик и медленно крутил ворот.
— Что-то это все подозрительно… — прокомментировал то ли Ер, то ли Рэн.
Услышав голос, старик обернулся. Взгляд его блуждающе окинул чужаков и дважды остановился на Але. Он отпустил ворот, и ведро с глухим звуком рухнуло в воду.
Ю Си одарил его холодным взглядом. Он привык к трепету, который вызывает одеяние с белым черепом.
— Немедленно говори, где наши лошади, — приказал он.
Кустистые брови старика поползли вверх.
— Прошу прощение, господа, не часто встретишь путников в наших краях, вот я и растерялся, — произнес он.
— Лошади, — напомнил Ю Си.
Старик уставился на него.
— Вам бы научиться вежливости, молодой человек, — после непродолжительного молчания, сварливо произнес он.
Ю Си окинул окружающие площадь дома таким взглядом, словно прикидывал, сколько времени потребуется, чтобы сравнять здесь все с землей.