– Неизвестный диалект? Шифр? – Том подошел к дереву, докоснулся до него и попытался воздействовать энергией, но это не дало ровно никакого результата. – И сколько времени займет расшифровка.
– Понятия не имею, – пожала плечами девушка. – От недели до года.
– У нас нет года.
Эйнен, пока аристократы спорили, расчистил один из камней от снега и банально уселся медитировать. Островитянин терпеть не мог даром время терять.
А именно этим – тратой времени, и выглядела сейчас их авантюра с поиском тренировочной обители Последнего Короля.
– Мы можем устроить здесь лагерь на неделю, – предложила Анис. – Если Дора не справится, то мы успеем вернуться в Пустоши как раз к моменту, как на поиски Карты и Ключа отправятся ученики со всей страны.
– А если очередной буран?
– Тогда можем разбить лагерь в ущелье и…
Спор аристократов продолжался. Эйнен погрузился в глубокую медитацию, а вот Хаджар, ведомый каким-то “шестым чувством” подошел поближе к дереву.
Он, разумеется, понятия не имел, что обозначил вырезанные руны и символы.
Черный Генерал не шептал ему, а, скорее, оставил спрятанное воспоминание о разговоре, которые они имели в первую ночь в Пустошах.
Стоя около саркофага, в момент, когда Хаджару показалось, что Враг молчал, тот на самом деле произнес:
“Коль смел ты и отважен,Коль бесстрашен и силен,Ты цветок с собой возьми,Волшебству позволь себя вести.”Пребывая в самой горячке спора, аристократы не услышали слов Хаджара.
Хаджар же, несколько раз мысленно повторив четверостишье, внезапно обратил внимание на белый цветок, которым и цвело дерево.
Глава 669
Небольшой поток снега внезапно обернулся все нарастающей снежной лавиной, которая широким саваном укрыла волнистые горы.
Неимоверный грохот как нельзя лучше сочетался с трясущейся землей.
У подножия гор в небо поднимались каменные блоки. Выглядя как перевернутые вертикально кирпичи, они, тем не менее, не выглядели слишком просто или безвкусно.
Наоборот, почему-то возникало ощущение какой-то мистичной красоты строений. Многочисленные витражи, поставленные внутрь будто слишком больших окон.
Плоские крыши зданий соединялись множеством лестниц и каменных мостов.