«Бедняжка трясется от страха, — тут же услышал он голос в своей голове, словно она все это время была здесь, только и ожидая, пока он обратит внимание. — Но что ты дашь взамен?»
«Чего тебе от меня надо?»
Она словно бы задумалась. Внезапно голос ее, все еще узнаваемый, зазвучал, будто к нему обращалось совершенно другое существо:
«Я люблю тебя. Твоей жизни будет достаточно».
Ошарашенный Шен ничего не успел на это ответить, но тут он почувствовал, как теплая и приятная темная энергия окутывает его, словно пологом, а хватка устрашающего существа ослабевает.
В то же мгновение он с громкий криком подскочил на циновке.
— Шен?! — сидящий рядом Муан тут же поддержал его ослабевшее тело и наблюдал, как лихорадочно-бледный хозяин Проклятого пика закатывает свои рукава и трет предплечья.
Он ощущал его страх уже какое-то время, но никак не мог вырвать из объятий кошмара.
— Шен, Шен, все хорошо, ты проснулся, — принялся уговаривать он.
Тело в его объятиях дрожало. Шен, чуть ли не плача, продолжал тереть руки.
— Мои руки… Ты видишь что-нибудь?
— Что такое? — Муан внимательно осмотрел каждую, дотронувшись до них.
— Я… Я не знаю… Они словно онемели… Будто кожа сверху онемела…
Муан зажал между пальцами кусочек его кожи и очень болезненно ущипнул. Шен тут же отдернул руки.
— Ты это почувствовал, — констатировал старейшина пика Славы.
— Ты смеешься надо мной?! — разозлился Шен."
"Глядящий на Муана блестящими глазами, сидящий, прижимая к груди свои руки, сейчас он походил на маленького испуганного зверька.
Чуть успокоившись, Шен обратил внимание, что они вновь находятся в том заброшенном доме, где ночевали накануне.
— Шен, — тем временем собрался с мыслями Муан, — тебе приснился дурной сон?
Тот все еще никак не мог избавиться от ощущений из этого «дурного сна», начиная осознавать, как жалко выглядит сейчас в глазах великого мечника Муана. Сон был таким реалистичным, словно наваждения, насланные Глубинной тьмой, но не слишком походил на те кошмары содержанием.
— Где ученики и Риту? — оглядевшись и стараясь взять себя в руки, наигранно-спокойным тоном спросил он.
— Они пошли собирать травы для жаропонижающего отвара. Те, что были у Аннис, закончились.
— Ночью?
— Сейчас день.