А затем как ни в чем не бывало стал поправлять мантию на его плечах.
— Вам следует беречь свое здоровье, — словно они поменялись ролями, сетуя на его легкомыслие, произнес Ал. — Ваши волосы все еще влажные.
Шену очень сильно пришлось сдерживаться, чтобы вновь не напомнить ему, что это не его ума дело. Чтобы не взорваться, пришлось молчать.
Ал, возможно, истолковал это молчание по-своему. Его руки все еще держали мантию учителя.
Близость этого источника излучения заставляла глаза Шена слезиться. Из-за того, что он схватился за его мантию, Шену стало труднее отводить взгляд.
— Почему вы не смотрите на меня? — сдерживая растущее негодование, спросил Ал. — Почему никогда не смотрите на меня?
Он натянул его мантию на кулаки и посмел встряхнуть его. Шен знал, что главный герой физически давно стал сильнее, и все равно это было неприятно ощущать на себе.
— Я смотрю! Смотрю! — воскликнул Шен, уставившись на сияние перед собой.
Ал вглядывался в него, пытаясь прочитать в этих черных глазах отражение своих мыслей.
— Вы меня не видите, — словно подтверждая свои опасения, произнес Ал. — Вы смотрите на меня, но не видите!
Из глаз Шена полились слезы. Главный герой ошарашенно разжал руки и отступил на шаг.
— Что? — потрясенно произнес он.
— Ты мой лучший ученик, — холодным тоном, словно слезы, текущие сейчас из его глаз, принадлежали другому человеку, произнес Шен. — Однако в ордене РР очень ценится дисциплина и субординация. Веди себя достойно. И не оправдывай свою фамильярность беспокойством о моем здоровье, тебе об этом тревожиться ни к чему.
Произнеся все это, Шен развернулся и пошел прочь.
Ал ошарашенно глядел ему в след, ни на йоту не приблизившись к пониманию этого человека, и более всего на свете ненавидя свой подконтрольный ученический статус, который никогда не позволит Шену воспринимать его всерьез."
"Шен шел по полю куда глаза глядят, удивленно размышляя о разговоре с Алом. Поведение главного героя как-то уж больно резко переменилось. Что стало тому причиной? Казалось бы, когда они уезжали из столицы, все было нормально.
И еще было кое-что, настойчиво его беспокоящее.