– Я должна, знаю, но… – прижимаюсь к нему всем телом, – не получается. А что значит истинная?
– Ты рождена для нас, Алина, – они показывают мне одинаковые тату на своих телах.
– Ого! – внимательно рассматриваю, – классные татуировки!
– Это метки, – поясняет Наиль, – они появляются, когда оборотень встречает свою истинную пару. Обычно это волчица, но в последние месяцы в волчьем мире происходят аномалии.
– Какого рода? – не понимаю.
– Двойные метки, – говорит Гриша, – два оборотня получают одну истинную.
– Волчицы кончаются? – включаю Петросяна.
– Они люди. И ты человек, – говорит Гриша, проигнорировав мою попытку пошутить, – поехали завтракать. Раз ты у нас шустрая такая… заодно ответим на твои вопросы. Уверен, в твоей прекрасной головке их немало.
– А куда?
– В ресторан. Агнесса, поставь слежку за Власовым, – приказывает Шахов, – мне не нравится, как он себя ведет. Понаблюдайте, близко не приближайтесь. Ясно?
– Да, босс.
– А ты тоже… да? – обращаюсь к девушке.
– Да! – смеется она, – я оборотень.
– Ого! – пучу глаза, – как здесь весело, однако. Это я удачно зашла.
– Пойдем, – Гриша берет ключи, Наиль не отпускает меня.
Обнимает крепко, словно боится, что я убегу. И тот сон…
– Наиль… – зову его в лифте, – я во сне видела тебя… слушай, а ты белый да?
– Да, – смеется он, а я дую губы.
– Смешно. Я не понимаю. Почему не шокирована? Не боюсь?
– Мы тебя готовили. Приходили, наблюдали. Приучали твою человеческую суть к нам, – говорит Гриша, – кое- что через сны закладывали в твоё подсознание.
Мы выходим на улицу, направляемся к машине. Митяй стоит, курит. В одной рубашке с закатанными по локоть рукавами. Увидев меня, скалится.
– И он, да? – сглатываю, во все глаза глядя на татуированного громилу.
– И он, – смеется Наиль.
Ясно.
Арзанов открывает мне дверь. Сажусь в машину. Она длинная. Не лимузин, конечно, но есть два задних сиденья друг напротив друга. Оборотни усаживаются передо мной.
Гриша задёргивает шторку, разделяющую нас с водителем.
– А истинная пара это типа любовь на всю жизнь? – быстро перебираюсь к мужикам, сажусь между ними.
Они так приятно пахнут! Оба. Становится жарко. А кондиционер вроде работает.
– Это глубже, детка, – ухмыляется Гриша, затем кладет свою большую ладонь на мою ногу, – надо было сказать Агнессе купить тебе платье.