Я криво ухмыльнулась:
– Представляете, как только им говорили, кто именно ведет разработки, они чудесным образом испарялись, и я их больше никогда не видела на пороге лаборатории.
– М-да, дела, – глубокомысленно изрек господин Райт-старший.
Все семейство вновь обменялись многозначительными взглядами, и Анита, растянув губы в счастливой улыбке, позвонила в колокольчик.
– Знаете, я думаю самое время попробовать восхитительный десерт, который приготовила Даяна.
Стоило только ей закончить фразу, как двери столовой распахнулись, и на пороге показалась полная женщина в белоснежном фартуке и таком же колпаке, что возвышался на ее голове.
Если честно, я не была уверена, что в меня поместиться хотя бы еще один кусочек, но вопреки предрассудкам, смогла съесть и пару маленьких пирожных (божественно вкусных), и кусочек торта – воздушного, буквально таящего во рту.
Неприятную тему столичной жизни, к счастью, больше никто из семейства Райт не касался.
"– А еще был случай, – рассказчик Райт-старший оказался отменный. Он говорил вроде бы с серьезным лицом серьезные вещи, но удержаться от смеха было просто невозможно.
Мы с Анитой дружно расхохотались, в то время как сам Винсент лишь слабо улыбнулся.
– С тех пор много воды утекло, да и несколькими годами позже, он уже четко знал, что пойдет по моим стопам.
Мужчина замолчал, а я удивленно уточнила:
– Так почему же он преподает в академии, а не служит в армии?
Что этот вопрос неуместный, поняла сразу. На гостиную, куда мы перебрались из столовой, опустилась тишина. Давящая и неуютная.
– Простите, – извинилась, сама не зная за что, и вновь вцепилась пальцами в ткань юбки. Зачем? Вот зачем я спросила? Все же было так хорошо...
– Не извиняйтесь, милая, все хорошо, – первой опомнилась Анита.