Стражи

Я ничего не знаю точно, разумеется, но вы должны быть уже осведомлены, что представлял из себя государь Николай Александрович и до чего он довел Российскую империю. Скажем прямо: у меня есть сильные подозрения считать, что этому самодержцу Особый комитет не только не доверил кое-каких тайн, но и вообще не посвятил в свое существование. Не впервые случается… Откровенно говоря, я опасаюсь, что там обернулось еще хуже…

— То есть?

— Командующий и начальник штаба могли оказаться в Петербурге в тот миг, когда… — Зимин помедлил.

 — В этом случае, как предписывают не только наши уставы, командование принял следующий за ними — не по званию, а по служебному положению — штаб-офицер… Можно и так истолковать то, что мы наблюдали, — он обозначил на осунувшемся лице бледную улыбку. — Вряд ли в девятьсот восьмом батальоном командую я. Мне, если случится дожить, тогда уже должно перевалить за восемьдесят, а это, знаете ли, неподходящий возраст для того, чтобы возглавлять часть, подобную нашей… Вот вы — другое дело. Как и многие другие наши офицеры, будете в ту пору еще совсем даже не старым… — Он резко поднялся. — Ни к чему эти отвлеченные разговоры… Пойдемте. Нужно еще многое обговорить и уточнить."

"Поручик вышел следом за ним, пошел по пустому широкому коридору, служебного этикета ради отставая от начальства на полшага. Зимин шагал быстро, размашисто… и вдруг, повернув за угол, неожиданно остановился. Не держись Савельев чуть позади, мог бы и налететь на него.

— Эт-то что такое, судари мои? — осведомился Зимин не предвещавшим ничего доброго тоном.

Действительно, ничего подобного поручику прежде здесь наблюдать не приходилось…

На широкой лестничной площадке спиной к окну недлинной шеренгой стояли все до единого «завороженные», остававшиеся в расположении батальона. Все в форме, даже фон Шварц, Черников и Ляхов, которым велено было отдыхать. Старший по званию подполковник Чубарь располагался на правом фланге, на добрый шаг впереди остальных — как будто он принял некое командование.

Лица у всех выглядели примечательно — серьезные, важные, какие-то отрешенные. Все стояли навытяжку.

— Ну? — громко, раздраженно бросил Зимин. — Как это прикажете понимать?

Подполковник Чубарь четко развернулся «налево», звучно приставив ногу, потом двинулся к генералу едва ли не парадным шагом, словно на смотру. Остановившись, пройдя всю шеренгу, он застыл оловянным солдатиком.