— начал было Пьетро, но я поднял руку, останавливая его.
Я уважал его, но это было не между нами.
Я опустил голову и тихо сказал:
— Ради тебя, Инес. Только ради тебя.
Я на мгновение накрыл ее руки своими, и она судорожно вздохнула. Она кивнула, и я отступил назад.
Пьетро коротко коснулся ее спины, когда мы вошли в кабинет.
Лицо Данило было совершенно нейтральным. Читать его было трудно.
— Я поговорю с Сэмюэлем. Прослежу, чтобы он больше никогда не действовал, когда вне себя, — сказал Пьетро, когда мы устроились в ю креслах в его кабинете.
Я склонил голову набок.
— Я буду очень тебе признателен. Но сначала ему придется ответить на мои вопросы. Я очень ясно изложу ему свою точку зрения.
Пьетро внимательно посмотрел мне в глаза и кивнул.
Он знал, что я должен быть уверен, что Сэмюэль в будущем будет выполнять мои приказы. Я не хотел снова оказаться перед таким выбором, как сегодня. Я глубоко переживал за Сэмюэля и не был уверен, что смогу убить его. А о том, чтобы отдать приказ убить Артуро или Сантино, не могло быть и речи.
Мы обсуждали возможные причины освобождения Сэмюэля, но в конце концов они остались лишь предположениями, пока Сэмюэль не прольёт некоторый свет на ситуацию.
Через некоторое время мне позвонили и сказали, что Сэмюэль уже почти в особняке.
Пьетро поспешил сообщить об этом Инес, но я остался на месте, чтобы поговорить с Данило.
— Ты тщательно скрывал свои мысли относительно моего решения о наказании Сэмюэля.
Данило засунул руки в карманы и пожал плечами.
— Ты Капо. Твое слово закон.
— Да, и все же мне хотелось бы знать, что ты думаешь по этому поводу. Ты Младший Босс и практически член семьи.
Я сделал ударение на последнем слове.
Данило опустил голову.
— Иногда я не уверен, что это все таки приведёт к связи между нашими семьями. Ты действительно веришь, что мы вернем Серафину живой?
Он поднял глаза, полные муки и гнева.
— Да. Думаю, план Римо состоит в том, чтобы отправить ее обратно.
Я понял, что он снова уклонился от ответа на мой вопрос. Я подошёл ближе и сжал его плечо.
— Ты станешь нашей семьей. Этот инцидент семейное дело, и надеюсь, что он не распространиться по кругу.
В темных глазах Данилы мелькнуло понимание.
— Не переживай.