– Сомневаюсь, что Перси в курсе происходящего, – сказал Хирон. – Он занят школой. Обычно зима самое тихое время. Поначалу мне удавалось убеждать себя, что коммуникационные сбои всего лишь случайные неудобства. Потом начались исчезновения.
В камине с подставки свалилось полено, и я едва не вскочил с места.
– Исчезновения, да. – Сделав вид, что не замечаю насмешливого взгляда Мэг, я смахнул со штанов капли чая. – Расскажи мне об исчезновениях."
"– Три за последний месяц. Первым пропал Сесил Марковиц из дома Гермеса.
– У детей Гермеса есть склонность к бродяжничеству, – заметил я.
– Поначалу и мы так думали, – сказал кентавр. – Но спустя неделю история повторилась с Эллисом Уэйкфилдом из дома Ареса. Такая же картина: пустая постель и никакого указания на то, ушел ли он по своей воле, или его увели.
Мэг сняла ногу с подлокотника.
– Почему хуже всех других?
– Миранда – одна из наших старших старост, – объяснил Хирон. – Она никогда бы не ушла, никого не предупредив, она слишком умна, чтобы ее можно было выманить из лагеря хитростью, и достаточно сильна, чтобы ее могли принудить.
Старый кентавр посмотрел на меня в упор.
– Что-то здесь не так, Аполлон. Да, нынешние проблемы не столь, может быть, тревожны, как восстание Кроноса или пробуждение Геи, но меня они в некотором смысле беспокоят даже сильнее, потому что ничего подобного я еще не видел.
Мне снова вспомнился сон с горящим автобусом.
– Эти полубоги… В их поведении перед исчезновением было что-то необычное? Может быть, они рассказывали, что слышали… голоса?
Хирон поднял бровь.
– Я ни о чем таком не знаю. А что?
Говорить больше сказанного и вызывать панику, не зная, с чем мы имеем дело, мне не хотелось. Паника у смертных нередко оборачивается ужасными сценами, особенно если они рассчитывают в решении проблемы на меня.