Словно выползший из норы Протей, стелется, скрыв тропинку и траву под ногами. В нём едва просматриваются силуэты деревьев. Льётся призрачный свет, хотя луны не видно – всё тонет в проклятом тумане.
Дударь увидел два ярко-красных огонька и медленно двинулся вперёд, удерживая их взглядом.
Пока шёл, под ногами тихо хрустели камешки. Огоньки внезапно пропали. Из тумана выдвинулась могучая фигура. Навстречу выступил высокий человек с непомерно широкими плечами.
Руки толщиной с брёвна. Волчья душегрейка распахнута, грудь широка и выпукла, как сороковёдерная бочка.
Лицо гиганта оказалось до боли знакомо. На дударя взглянули тёмные, как кора старого дуба, глаза. Во взгляде неприкрытое презрение, злость.
Таргитай охнул, отшатнулся.
– Громобой!
Старший охотник в отвращении сплюнул.
– Вот и свиделись, лодырь! Светлые боги, ну почему вы трое не сдохли, когда мы выгнали вас в Лес?
Глаза Таргитая в изумлении широко распахнулись.
– Но… как же так? – вопросил он. – Ты пал в той битве, когда выполз Ящер и поднял свою армию… Мы ж сами тебя похоронили…
Охотник подошёл ближе. Смотрит брезгливо, точно перед ним не сородич из родной Деревни, а толстый, скользкий червяк.
– В тот день я бился, не помня себя, – молвил он угрюмо. – Был готов умереть, да не за род людской, плевал я на него – я не собирался пропускать нечисть в наш мир! Готов был свернуть рога самому Ящеру!
Он в сердцах рубанул ладонью по воздуху.
– Но я хотел жить…! Жить как можно дольше, хотел положить как можно больше недругов! Умирать тогда мне казалось позорным бегством!
– Смерть на поле боя – не может быть позором! – с чувством проговорил Таргитай.
Громобой зыркнул осуждающе.
– Я хотел сразиться с самим Ящером, мечтал его победить, а тогда уж можно и в сыру землю…
Таргитай изумлённо потряс головой, словно пытается отогнать морок.
– Но я же видел, как ты… видел твой труп… Мы погребли его под камнями…
– Я вымолил жизнь у богов! – гаркнул Громобой зло.
Таргитай покачал головой, смотрит, не понимая, отчего сородич глядит зверем.
– Неважно, кому досталось самое трудное! – сказал он с жаром.