Ничего.
Но он ведь жив! Мел знала это наверняка, чувствовала его присутствие.
А еще чувствовала, что с каждой секундой он становится все слабее. И странная связь между ними вибрирует, растягиваясь до предела.
Связь…
Надо просто пройти по ней, до самого конца.
Мелена не представляла, как это работает, и как использовать для поиска тонкую нить, тянущуюся между ними. Просто закрыла глаза, набрала полную грудь воздуха, задержав дыхание. Медленно выдохнула, и как тогда, с ошейником, потянулась к своему захватчику.
— Пожалуйста, — попросила Мел не понятно у кого.
Время шло, и надежда до этого теплившаяся в груди, начала угасать. Если связь не сработает, ей никогда не отыскать императора в заснеженных горах. Никогда…
Потом в груди стукнуло, будто разбилась склянка с чем-то горячим, и нестерпимо потянуло вперед. Туда, где под снегом скрывалась коварная ледяная расселина.
— Стой тут, — приказала Мел, а сама отправилась к краю.
Внизу было темно. Если первые пару метров голубые отблески среди льда еще давали призрачное свечение, то потом начиналась кромешная тьма.
Ничего не увидев, она продвинулась дальше. Сгибалась над самым краем, пытаясь рассмотреть что-то среди ледяных тисков и запрещая себе думать о том, что все напрасно.
И вот у изгиба, где трещина резко меняла направление и сворачивала в сторону от центра, Мел увидела императора в человеческом обличии.
— Нашла, — прошептала она, но облегчение быстро растаяло.
Надо было как-то его доставать.
— Эй ты! — позвала его.
Он не шелохнулся.
— Слышишь меня? Императоришка! Долго прохлаждаться будешь?
Она нарочно его оскорбляла, в надежде, что разозлится и придет в себя.
Тогда Мелена свесилась, насколько ей позволяла опора, и попыталась до него дотянуться. Никак. Лезть следом — опасно. Ледяной выступ, за который он зацепился, двоих точно не выдержит. Он и так поскрипывал, и крошился, а у самого его основания медленно расползалась сеть трещин.
Нужно вытянуть его, пока не провалился глубже! Если зажмет в узком месте расселины, то все — смерть.