Сиди там и Янку охраняй, пока все не утрясется.
— Уже бегу. — Виталий захлопнул табакерку, засунул ее обратно в карман и выскочил из-за стола.
В последнее время домой ноги несли его сами. Что бы он ни говорил о собственном тереме, подворье Янки Вдовицы стало для него настоящим домом. Там его ждала любимая девушка с парой разбитных пушистых обормотов, без которых жизнь была бы так скучна!
3
На полпути к подворью Янки Виталий внезапно передумал. Он увидел впереди отряд стрельцов, двигавшийся в ту же сторону, сообразил, что это Гордон направил охрану к своей родственнице, сразу успокоился за Янку и резко вильнул в сторону, пока не попался второму отряду, который должен был охранять его персону.
— Не погуби, отец родной! — со следами на глазах завопил бородач.
— Малюта? — опешил Виталик. — Да встань ты, неудобно же. Народ шугается. — Юноша помог подняться палачу и затащил его в ближайший проулок. — Что случилось?"
"— Царь-батюшка запретил без тебя смертников трогать!
— Каких смертников? — нахмурился царский сплетник.
— Тех, что против государя нашего замышляли.
— Ассасины, — сообразил Виталик. — Ну и чего ты от меня хочешь?
— Выручай, отец родной! Который день без работы! Сапожок испанский все примерить не могу.
— Чего?!!
— Так опыт же теряю! Квалификация падает. Когда ж ты на работу-то выйдешь, отец родной? Душа горит, руки чешутся.
— Тьфу! — сплюнул Виталик. — Твою б энергию да в мирных целях. Потерпи еще денек. Завтра мы с Гордоном навестим твое заведение, снимем допрос с злодеев. А сейчас извини, дела срочные у меня.
— Завтра, значится? — расцвел палач. — Ну, наконец-то! Слава тебе, Господи! Пойду колышек подзаточу, щипчики накалю, на крысах проверю.
— Такты на крысах тренируешься, — невольно рассмеялся царский сплетник.
— А на ком же еще? Пищат, сволочи, душа радуется.
— Ну, иди тренируйся, маньяк, — милостиво разрешил Виталик. — Если ассасины завтра упрутся рогом и уйдут в глухую несознанку, разрешу испытать на них испанский сапожок.
Палач не пошел.