— Полно заливать! Чтоб Гордон по собственной воле…
— У твоей тетки воля посильнее будет.
— Ах, Васили-иса… И на что тебе денежки подкинули? — продолжила допрос девица.
— На бедность. — Виталик любовался рассерженной девицей. В ее присутствии он почему-то не мог говорить серьезно.
— И сколько он тебе отвалил на бедность?
— Не считал, но должно быть тысяч двадцать.
— Золотых? — ахнул Васька.
— Может, и больше. Я выбирал самый полный сундук.
— Яночка, это же все надо пересчитать! — взвыл Жучок.
— И оприходовать, — страстно выдохнул Васька.
Пушистые обормоты, забыв, что их только что чуть не благословили ухватом за эти сундучки, уже терлись около Янки. Девушка кинула подозрительный взгляд на Виталика, поднялась и откинула крышку.
— Действительно золото, — удивленно пробормотала она.
Жучок, не удержавшись, запустил в сверкающую груду лапы.
— О, да тут и в слитках есть, — удивленно пробормотал оборотень, нащупав что-то внутри.
Жучок с натугой выудил из сундука тяжелый прямоугольный брусок серого цвета.
"— Свинец… Ну царь-батюшка! Ну прохиндей!
Янка радостно захихикала.
— Вот теперь верю, что сундучок от Гордона.
Царский сплетник смел в сторону верхний слой монет и уставился на аккуратный ряд серых брусков, скрывавшихся под ними.
— Н-да-с, горбатого могила исправит, — изрек Виталик, захлопывая сундук. — Хорошо хоть свинец подложил, а не что-нибудь другое. Левше его теперь покупать не придется.
— Широко живешь, — хмыкнула Янка, отбирая обратно у Виталика ухват.
Виталик позволил ей это сделать, так как выглядела она уже не так агрессивно.
— Лучше б на сиротские приюты да дома престарелых чего пожертвовал, — укорила сплетника Янка.
— На это дело я из монастырских денег возьму.
— А этот сундук откуда? — кивнула девушка на второй сундучок.
— А это первые проценты с газетного бизнеса пошли, — почесал затылок юноша. — Но вот там внутри свинца точно нет. Вряд ли немецкий посол на такой дешевый развод пойдет. У него на это просто ума не хватит.
— Какой бизнес? — нахмурилась Янка.