Что о них вспомнить? Хорошие работники, но очень жадные. Вымогали на чай. Я получал жалобы. Ну и вообще… звероватые они какие-то…
– Звероватые? Это что значит?
– Ну, кровь у убитого зверя сливали и пили. Охотники так делают, но мало кто. А эти… Ни с кем не сходились, и была в них какая-то жестокость…
Лыков вернулся в департамент и прошел в филерское отделение служительской команды. Начальник отделения вызвал по его приказу шестерых наружников. Сыщик разбил их на пары и велел наблюдать за всеми тремя подозреваемыми.
Алексей встретил дипломата выходящим из здания министерства. Увидев прилипчивого сыщика, тот сразу сник.
– Что у вас опять?
– Викентий Леонидович, вы знали братьев Цыферовых, егерей из Императорской охоты?
– Каких еще Цыферовых?
– Я же сказал: егерей.
– Их там семьдесят человек! Всех не упомнишь.
– Но эти – близнецы. Такие запоминаются.
– Только не мне.
– Ефим спас вас в декабре от раненого секача. Неужели и это забыли?
– Какого секача, Лыков? Где вы наслушались этих глупостей?
– От егермейстера Козлянинова.
Лерхе осекся, потом сказал:
– Тут охотничья история, разве вы не поняли?
– Что я должен был понять? – удивился в свою очередь Лыков.
– Ну, все охотничьи истории – наполовину вранье!
– Ответьте прямо на мой вопрос: были ли вы знакомы с егерями Цыферовыми?
– С Иваном нет.
– Они участвовали в убийстве Петрова, лакея Дашевского. Скорее всего, они же резали и самого барина.
Лерхе застыл, нахмурился, потом спросил:
– Это точно вами установлено?
– Точнее некуда.
– Та-а-к… Теперь я понимаю…
– Что вы понимаете, Викентий Леонидович? Скажите и мне.
– Все понимаю. Весь ваш замысел.
– И в чем же он состоит, по-вашему?
Лерхе выпятил тощую грудь и стал похож на задиристого петуха.
– Вам, Лыков, нужно отчитаться. Представить начальству виноватого и закрыть дело.