Порой этажей на двадцать, кареты без лошадей ездят и даже летают…
— Летают?
— Да, да, малышка, летают, — мну, приговаривая. — Ещё как летают. Главное, чтобы раньше времени не долетались.
— А женщины у вас какие?
— Всякие. В основном косят под мужиков…
Заливаю ей и с поясницы на булочки перехожу. Мну ягодицы, активно рассказывая всё подряд, лишь бы отвлекалась. Попка всё — таки упруга, хоть и от природы мышцы маленькие. С трудом отлипаю, чтобы не вызывать подозрения. Перехожу на массаж бедра, обеими руками нежно внутреннюю сторону массирую.
Несу откровенную пургу, Жози ахает, разгораясь ещё большим интересом.
Намяв хорошенько, заявляю:
— Малышка, надо масло растереть моё волшебное.
— А это обязательно, мне и так хорошо, — отвечает полусонно.
— Да, да, обязательно, — выдаю нетерпеливо, являя бутылку с детским маслом для тела. — Приподними маечку, малышка, поясницу разотру.
Послушно оголяет часть спины. Лью на кожу масло, ахает. Прямо в ложбинку натекает. Начинаю растирать.
— О, Аз… как приятно, — стонет.
— Вот видишь, — комментирую, а сам злорадствую и тут же якобы спохватываюсь. — Ой, на майку может попасть. А она мне так нравится на тебе.
Слушается! Стягивает вверх, но сиси всё равно не обнажает.
— Давай, давай, снимай полностью, — брякаю сварливо, помогая масленой рукой тянуть.
— Но Аз, я стесняюсь, — лепечет, останавливаясь.
— Ты же прижала грудь покрывалом, всё равно не видно, — отвечаю с бешено бьющимся сердцем. — Мы же уже начали с маслом, надо полностью намазать.
— Ладно, — бурчит неуверенно и стягивает майку полностью, оголяя молочно — белые шары.
Лью ещё масла и растираю всю спину. Начинаю переходить на бока! Завожу руки на животик.
Графиня хихикает как дурочка, дёргается и извивается. Да так, что на бок чуть не повернулась полностью, демонстрируя грудь и сосок. Вовремя спохватилась.
А я дальше масло размазываю невозмутимо. Выше ладони веду, на бока шариков завожу их круговыми движениями, с каждым разом увеличивая амплитуду.