Но как мне показалось, его удивление было далеко от той степени, которую должен испытать человек, узнавший о моих отношениях с богами и громких разборках с некоторыми из них. Князь словно уже знал, что подобные явления случаются в моей жизни, и что для меня они почти так же обыденные как для какого-нибудь кутилы пьяная драка в кабаке. А вот кража двух пластин Бориса Егоровича по-настоящему взволновала, и опустив разговоры о Небесных, он особо обеспокоился судьбой перевода Свидетельств.
— И какие прогнозы, Саш? — заметно помрачнев спросил он, поднимая виману выше слоя облаков.
Тут будет реклама 1
— С тех копий, что ты снял можно что-то выжать?
— Пока не знаю, Борис Егорович, — я не стал его удручать еще тем, что таблицы с пиктограммами и знаками начальной письменности дравенши практически уничтожены. По моим прикидкам, из тех клочков, что остались, вряд ли можно извлечь достаточно пользы — это я решил ему пока не говорить, лишь пояснил так: — Все что удалось собрать со стола и пола я убрал маме в сейф.
Тут будет реклама 2
На тот момент у меня не было ни времени, ни возможности разбираться с оставшимися записями. Видите, рука немного пострадала, — я потрогал бинт, стягивающий рану. — В общем-то, рана — сущая мелочь. На мне очень быстро заживает. Но мама — есть мама. Подняла такую панику, что пришлось ее долго успокаивать, попутно прибирать оставшиеся записи, объяснять ситуацию охранникам. В общем, вышло много ненужной суеты. Вы, Борис Егорович, все же слишком не волнуйтесь по этому вопросу.
Тут будет реклама 3
Знаю, безвыходных ситуаций не бывает. Что-то придумаем. И боги, и всякие коварные сущности — они тоже имеют уязвимости, порою больше, чем мы, люди. Мне придется поискать способ, и на эти уязвимости посильнее понажимать, — это я произнес так, чтобы моя уверенность и спокойствие передались князю.
И хотя всем видом транслировал едва ли не космическую безмятежность, на самом деле спокойствия во мне было не слишком много. Ковалевский кивнул, наверное, не слишком удовлетворенный моими заверениями, включил терминал коммуникатора.
Тут будет реклама 4
Я мысленно вернулся к рассуждениям об уязвимостях богов, подумал о магическом шаблоне «Внутренний Взрыв» — его я очень усердно прокачивал перед сном. Занимался этим на диване в гостиной — ночевал я на первом этаже, поскольку на моей кровати, уделанной ошметками двух эриний, спать было крайне неприятно. Да и вынесенное кинетикой окно и куски штукатурки не делали мою комнату приятным местом для ночлега.
