4-й день Зимних Волн
1Нужный дом Юхан отыскал с ходу, но попасть в него оказалось не проще, чем в тайный погреб к выжиге Карлу. Сперва кто-то хрипатый за дверью принялся тянуть из шкипера жилы, потом к нему на подмогу подоспел еще один умник, и наконец заявился третий, похоже, старший. Этот отпереть отпер, но внутрь не впустил, встал на пороге, орясина такая, и ну расспрашивать, куда тебе привратничкам Вальдеса или самого Альмейды!
Здоровяк занудствовал, шкипер как мог спокойно отвечал, потом между ног стража проскочил мордатый черно-белый кот, постоял, понюхал и сдержанно потерся о Юханов сапог.
– Доброго утречка, господин Маршал, – припомнил рассказы Селины Добряк, – войти не дозволите?
Кот мяукнул и ушел, начинавший надоедать допрос возобновился, но ненадолго: из-за спины орясины высунулась Селина.
– Добрый день, господин Клюгкатер, – улыбнулась она. – Вы ведь ко мне? Я очень рада, но мы с Мелхен сейчас уходим смотреть на приезд его величества Хайнриха. Не хотите пойти с нами?
– Почему бы и не пойти? – Юхан перешагнул заветный порог, не удостоив посторонившегося стража даже взглядом, – только сперва поручение выполню.
– Спасибо, – поблагодарила незабудка, – у меня всё есть, но не принимать подарков от хороших людей некрасиво, а господин Фельсенбург – очень хороший человек. Надеюсь, у него все в порядке?
– Надо думать, – соврал шкипер, понимая, что будь оно на самом деле в порядке, девица хотя бы покраснела.
– Спасибо, – опять поблагодарила Селина, – я его обязательно прочитаю и отвечу, но сейчас надо идти, потому что его величество может проехать и мы его не увидим. Конечно, если вам не хочется, не ходите, нас все равно проводят солдаты.
Юхану хотелось. Во-первых, он из всяческих величеств видал лишь покойного Готфрида, да и то издали, во-вторых, девица была прелесть, да и знакомства у нее водились полезные.
Добряк погладил оседлавшего немалый сундук кота и изъявил согласие взглянуть на его величество, то есть на гаунасского Хайнриха, которого как раз принесло в Акону. Флягу красотке шкипер все же не предложил, хотя с этой сталось бы и хлебнуть. Не сейчас, вестимо, а малость подмерзнув.