Ты это видел, и ты узнаешь.
– Конечно, – подтвердил Герард, – он часто так смотрит. Сколько купить?
– Так, чтобы руки были полны. Ты принесешь цветы и потом проводишь меня домой.
Удачная мысль пришла вовремя, потому что дорога вдоль замерзшей реки оказалась сразу и длинной, и короткой. Мэллит еще не видела жилища аконских епископов вблизи; большое, окруженное стенами, оно было много больше избранного регентом, и входить в него не хотелось. Мэллит поправила накидку.
– Я – баронесса Вейзель, – сказала она одетому в черный балахон привратнику, – меня хотела видеть супруга его высокопреосвященства.
Ее ждали. Высокая с чрезмерными бровями велела следовать за собой, и гоганни пошла, даже не послав последнего взгляда Герарду. В доме было тепло, и на полах лежали ковры со строгим узором. Горели светильники и пахло благовониями. Правнуки Кабиоховы жгут багряноземельские смеси, желая защитить дом от зла и супружеское ложе – от измены, а чтущие и ожидающие думают, что радуют своего Создателя. Только пустота радости не знает.
– Прошу вас сюда, – провожатая распахнула дверь в обильную золоченой мебелью комнату, – придется немного подождать. Что вы предпочитаете, шоколад или травяные отвары?
– Я прошу шадди, – ответила Мэллит, ощущая желание уйти. Если станет невмоготу, она солжет про головную боль и ее отпустят, но в чем причина неприятного? Не в том ли, что здесь обитал дурной епископ? Проэмперадор Ли выслал исполненного злобы к бергерам, но дома впитывают суть своих обитателей, как бисквит ромовую воду.
– Добрый день, Мелания. – Незнакомый голос удивил и встревожил. – Я рада, что вы пришли, и мы можем спокойно поговорить. Шадди вам сварят, но, если вы избалованы югом, он вас разочарует.
– Кто желает со мной говорить? Меня звала ее высочество, и я пришла.
– Ее высочество беседует с аконскими дамами, но мы прекрасно проведем время вместе. Меня зовут Урфрида, я дочь герцога Ноймаринен, с ним вы встречались в Старой Придде. Я по просьбе моей матери сопровождаю ее высочество, ведь она в Талиге все еще чужая.
– Я слушаю, – гоганни коснулась золотого цветка на платье, словно прося поддержки. Нареченная Урфридой кивнула, глаза Мэллит видели, что собеседница прекрасна, много красивей графини Борн, первородной Ирэны и подруги, но сердце гоганни не желало признавать очевидного, отдав первенство хозяйке озера.
– Некоторые разговоры сложно начинать, – первородная поправила подобные пеплу волосы, – но я попробую.