Городок окружала стена, а Южная башня, давшая ему название, была самым высоким сооружением: тонкий зазубренный клык, впившийся в утреннее небо. Они вошли через западные ворота, снова назвались мужем и женой. Френтис заметил, что женщина отказалась от иных легенд, и задумался, не поверила ли она всерьез в эту выдумку.
Стражники у ворот обыскали путников со всей тщательностью: убедились, что оружия при них нет, а деньги для оплаты входа, напротив, имеются. Мечи Френтис зарыл на поросшем травой холме в миле от города.
Когда шесть лет назад Френтис отплывал отсюда, Южная башня была суетливым, шумным и процветающим портом. У причалов теснились корабли, готовые перевезти армию через Эринейское море. Теперь же тут было тихо и пустынно: ни лоточников, ни тяжело нагруженных повозок, направляющихся в гавань, где обычно швартовалось более дюжины кораблей.
Они отыскали постоялый двор неподалеку от башни и поели там. Их обслуживала пухлая женщина, шумно хлопотавшая вокруг — очевидно, работы у нее было немного.
— Неужто из самих Северных пределов? — восхитилась она.
— За ним я поеду хоть на край света. — Женщина накрыла ладонью руку Френтиса, гладя костяшки большим пальцем.
— Ах, какие ж вы милашки! Что до меня, самое длинное путешествие, которое я когда-либо проделала, это поход из одного конца комнаты в другой. А все из-за этого паскуды, висящего на моей шее мертвым грузом!
Хозяйка так растрогалась, что угостила их за счет заведения яблочным пирогом и сбавила плату за комнату.
"Этой ночью женщина не воспользовалась его телом. Пока Френтис стоял у окна и следил за происходящим на улице, она молча, неподвижно сидела на кровати. В ней появилось какое-то странное напряжение, настороженность во взгляде, которую он прежде не замечал. «Она не знает, что должно произойти», — решил Френтис.
Вероятно, он понял правильно. Женщина сурово взглянула на него, однако удержалась от мучительства. В последнее время она редко причиняла ему боль.