– Сдохла волчица…
– Как сдохла? Убили?
– Нет, не стреляная была. Подралась с кем-то, кишки вымотала и сдохла… – Разговор с этим парнем был почти дружеским, и Ражный воспользовался моментом. – Слушай, пусть вернет документы – и я поеду?
Короткий тем временем получил инструкции и теперь вовсе стал неприступен.
– Придется составить протокол, а хищника изъять, – заявил он. – Выйдите из машины.
Его напарник настолько увлекся, что не расслышал приказа.
– А мы тоже ездим за волками. У нас тут степи, так больше обкладами охотятся.
Инспектор рыкнул что-то по-татарски, и автоматчик сник, отошел от машины.
– Погодите, мужики. – Ражный опустил стекло и вылез. – Это вполне мирный, одомашненный зверь, людей не трогает. Не понимаю, в чем проблема?
– Домашних волков не бывает, – хмуро и со знанием дела сказал автоматчик. – Волк – он и есть волк… Придется изъять зверя.
Маленький человек в погонах сел в машину ГАИ, достал бланк протокола и поманил к себе.
– Уходи, Молчун."
"Волк словно ждал этой команды – тотчас выпрыгнул сквозь опущенное стекло, перескочил дорогу и легкой трусцой направился в степь мимо постовой будки. Первым опомнился коротенький инспектор – живчик, закричал что-то по-татарски напарнику, хотя все происходило у него на глазах. Тот развел руками, но спохватился, вскинул автомат. Первая очередь была длинной и неприцельной, почти от живота – так стреляют по убегающему человеку.
Инспектор вылетел из машины, на ходу доставая в общем-то бесполезный на таком расстоянии пистолет, заругался и выпалил трижды по убегающему зверю. Тогда его напарник пропустил грузовик, выбежал на асфальт и встал на колено.
– Да мат-ть его!.. Достану!
И стал колотить прицельно, одиночными. Молчун пошел скачками, еще хорошо виднелась его спина в сухой осенней траве и не по-волчьи высоко вскинутая голова.
– Есть! Попал! – в азарте крикнул автоматчик, не отрываясь от прицела.
И выдолбил в то место весь остаток магазина. А короткий уже приступил к Ражному:
– Зачем отпустил волка? Зачем отпустил волка?!
– Какого волка? – пожал тот плечами.