Что за допрос?
— Вам какое дело?
— Понять хочу, что девушки находят в богатых папиках.
Нет, он меня достал. Что за манера совать свой нос, куда не просят? И с чего я перед ним еще и оправдываться должна?
— А вы станьте богатым папиком, тогда и поймете.
— Да я вроде и так не бедствую, — усмехнулся Стэнфорд. — Но со мной девушки так нежно и со слезами на глазах не прощаются, — подчеркнул он, намекая на наше с Илваром расставание.
Вот же гад. Следил за мной. Точно.
— Слушайте, Стэнфорд, может, мне вас тоже обнять и поцеловать в следующий раз на прощанье, чтобы вам не было так завидно?
Просто Бог в немом замешательстве открыл рот, а через секунду весело хмыкнул:
— Ох, и наглая ты девица, Ривз.
Охренеть. И кто из нас наглый?"
"Я чуть не споткнулась на ровном месте, потому что вдруг вспомнила наш со Стэнфордом поцелуй, и воздух в легких мгновенно нагрелся до состояния клокочущего пара.
— А за встречу пусть вас Элис обнимает и целует, — подойдя к стрэйнджеру, нашлась я. — Я специализируюсь исключительно на прощаниях.
Стэнфорд рассмеялся, окинув взглядом звездолет, а потом лукаво посмотрел на меня:
— Я запомню.
Прозвучало как-то невозможно многообещающе. У меня даже в горле пересохло от перспективы целовать и обнимать Стэнфорда перед каждыми выходными.
Шарлотта. Да о чем ты вообще думаешь?
Прижав ладонь к распознавателю, я молча шагнула на платформу, слишком поздно осознав, что сейчас окажусь в замкнутой камере подъемника вместе со Стэнфордом.
Какая-то выходящая из-под контроля персональная катастрофа.
Или меня так мало, или Стэнфорда так много, но когда двери закрылись, я не знала, куда мне деться от подавляющей мужской ауры, распускающей вокруг меня свои щупальца, словно спрут. Я понимала, что стоит ему сейчас прикоснуться ко мне — и все мое показное сопротивление лопнет, как мыльный пузырь.
И слава Богу, что он, опершись спиной о стенку, не делал попыток приблизится, а просто смотрел на меня долго и пристально. Но черт меня побери, от его взгляда мысли хаотично метались в голове, и мне казалось, что щеки мои начинают алеть, как пламенеющий закат. Еще секунда — и Стэнфорд догадается по моему взбудораженному виду, что со мной происходит. Мне просто противопоказано находиться с ним так близко. Я начинаю электризоваться и искрить.