Они-то, конечно, и так наготове, но черт его знает…
— Не понимаю вас, — сухо говорит Араменко. — Заговоры какие-то… Я коммерсант прежде всего! Мое дело — эффективное управление производством."
"— Республику именно для этого создали? А вам не кажется, милейший, что это — перегиб? За который лично вы будете отвечать? Лично, я подчеркиваю! И очень скоро! Не следует так рьяно бежать впереди паровоза!
И вот тут его проняло!
Лицо «президента» стремительно белеет, и страх только что не выплескивается через глазницы.
Ай да Сценарист! Умеет же мужик жути нагонять!
Добавляю еще:
— Неужели трудно было предположить, что в систему встроены защитные механизмы? И отсебятины городить вам никто не позволит? Не считайте себя настолько выдающимся человеком, с которым будут говорить исключительно первые лица! Персона, инструктировавшая вас, — далеко не самая главная!
Немая сцена — попал… Прямо в десяточку. Заигрался мужик, решил, что победителей не судят. Мол, придут к нему… а кто, кстати, должен был прийти? Губер, надо думать.
— Ну? Молчите? — добавляю холода в голос.
Встревоженная видом «президента», подскакивает расфуфыренная тетка:
— Саша…
Тот не глядя отмахивается, попадая тетке по руке.
— Я… Что теперь со мною будет?
— Кто додумался до провозглашения республики?
Пусть Араменко и дальше считает, что меня только его самовольные, в сценарий не вписанные, поступки интересуют.
— Мы… — он оглядывается на своих собутыльников.
Ага, понятно. Кто шил костюм? Мы… Прямо как у Жванецкого. У победы множество отцов, а отвечать сейчас приходится «президенту».
— Так это не ваша единоличная идея?
— Нет.
— Лейтенант, — поворачиваюсь я к ребятам, — Горбунова найдите. Тут для него работенка привалила.
Горбунов — старый, битый жизнью контрразведчик из Печоры. До того как попасть в особый отдел «Дарьяла», успел поработать много где. Опыт у него — вообще запредельный! Сюда его выперли, можно сказать, на пенсию — майору осталось служить всего года полтора. Благо что он и родом был из этих мест.