Пусть колет этих мерзюков до самой задницы. Он мужик вдумчивый и по-сибирски обстоятельный. Если есть что рассказать — эти ухари у него вывернутся наизнанку.
— Здравствуйте, товарищ майор! Присаживайтесь, — указываю на стул невысокому, одетому в летную куртку офицеру.
Майор Амбарцумян Аршак Левонович — заместитель командира отдельного вертолетного полка. Теперь уже — командир. Его начальник исчез почти одновременно с пропавшим сыщиком. Та же охота? Кто знает…
Летчик присаживается и настороженно меня разглядывает.
А тут вдруг — визит к старшему начальнику, то есть ко мне. Есть отчего словить напряг — слухи-то обо мне всякие ходили…
Ну, что ж, не будем майора неизвестностью терзать.
— У меня к вам, Аршак Левонович, один вопрос — как дальше служить будем?
— То есть? — удивляется он.
— То и есть. Служить станете как прежде — или на гражданку охота?
— Так что я там делать-то стану? В огороде грядки окучивать?
— Ну, работы-то у нас на всех хватит…
— Нет, товарищ майор! Я — летчик! Военный летчик!
— Боевой опыт?
— Есть. Четыре месяца в Ливане — воздушное патрулирование и охрана конвоев. И у нас пришлось полетать…
— Угу… Тогда, майор, расскажите мне, чем мы сейчас располагаем?
— Один Ми-24. Учебно-тренировочный вариант.
— Так… Все?
— Все. Полк-то кадрированный, личного состава едва на роту наскребем… Прочая техника на консервации, частично разукомплектована. Основная задача полка — поддержание в готовности аэродрома и приведение техники в боевую готовность по получению приказа.
— Что ж так — с техникой-то? Разукомплектована… почему?
— Чтобы не взлетела раньше времени.
— А вы — не очень?
— На земле она целее будет. Да и не хотел никто из нас воевать непонятно за что…
— Вооружение?
— МИ-24 — одна пушка ГШ-30. Возможна подвеска блоков вооружения согласно штатной положенности. На складах они есть, монтаж много времени не займет. На МИ-8МТ — один пулемет и четыре узла подвески внешнего вооружения. В наличии есть УВ-32-57.
— Хорошо. Есть необходимость вылета в определенную точку.