— Это несущественная ошибка, не способная повлиять на общее представление о положении дел на фронтах. Я правильно понял, что контрудар под Бродами развивается достаточно успешно?
— Так точно, товарищ Сталин. Германские войска столкнулись с нехваткой топлива и боеприпасов, вызванной нарушением железнодорожного сообщения под воздействием бомбардировок железнодорожных узлов Варшавы и Люблина. Танковая группа Гудериана была вынуждена приостановить своё наступление и перейти к обороне. К сожалению, это временное явление.
— А севернее, в Белоруссии?
— И у Гудериана, и у Гота проблемы схожие с проблемами Клейста. Но они продвинулись по советской территории значительно дальше и получили возможность пользоваться нашими запасами бензина, не уничтоженными при отступлении. И если трофейный бензин они ещё могут найти, то боеприпасы — только те, что успели погрузить в грузовики их снабженцы ещё на германской территории.
— А не нанести ли нам авиаудар по этому аэродрому?
— Я считаю, что это ещё задержит выступление немецких танков в сторону Минска.
— Но это два-три дня отсрочки нового немецкого наступления.
— Так точно, товарищ Сталин. Мы свяжемся с командующим Особой группой войск маршалом Огарковым и поставим его стратегической авиации соответствующие задачи.
— Да что это за техника у потомков, на использование которой делается столь высокая ставка, — пробурчал Ворошилов.
— На днях вы с ней познакомитесь, — усмехнулся председатель ГКО. — Образцы уже доставлены в Подмосковье, и сейчас идёт подготовка к их демонстрации высшему военному руководству страны и партии.