Поставил автомат в угол площадки, снял и бросил туда же разгрузку. И тяжесть будет лишняя, и на площадке артустановки мешать будет. Пистолета пока хватит, буду на это надеяться. – Малик, давай еще пару, и хорош пока, мы больше не утащим. Пошли!
И с замершим сердцем рванул к установке, пригнувшись и тащя ящики по земле.
В каждом ящике было по три обоймы. То есть пятнадцать снарядов, или больше тридцати кило, но мокрый от пота я был не из-за этого. Просто не каждый день приходиться вот так, под пулями бегать, хорошо еще в нас никто конкретно не стреляет.
Перед пушкой впотьмах я запнулся и упал, здорово разбив лицо об каменистую землю. Шипя от боли и облизывая кровоточащую губу, я брякнул ящик на площадку пушки. С другой стороны грохнул ящиком мичман, запрыгнул на установку, и начал устанавливать прицелы на работу по неподвижной цели. А мы с Маликом полезли под пушку, снимать ограничители поворота.
– Так, Антонио, на левое кресло! Малик, Володя, заряжающие, здоровяк подающий. Готовы?– мичманюга прыгнул на правое железное сидение, закрутил маховик наводки.
Тем временем я загнал снаряды в приемник, рванул рукоять заряжания. Сочно чавкнул затвор, закрывая патронник.
– Готово! Готово!– мы с Маликом практически одновременно зарядили автоматы. Еще бы, вчера пришлось попотеть над этой пушкой, пока убедились в нормальной работе механизмов.
Пушка уже была развернута в сторону холма, откуда продолжали бить крупняки пиратов. А может, просто бандитов, но от этого не менее врагов.
– Огонь!
– Гданг-гданг-гданг!– из конических пламегасителей вырвалось пламя, по оглохшим ушам долбануло выстрелами. Звонко вылетели на камни гильзы, покатились по земле.
А в сторону холма улетели красные черточки снарядов, расцветя на склоне чуть выше пулемета разрывами.
– Перелет! – заорал мичман,– Антонио, чуть ниже. Огонь!
– Гданг-гданг-гданг-гданг!– снова ожила установка, ходя туда-сюда под рукой, которой я заталкивал в приемник третью обойму. Плюющийся свинцом пулемет накрыло разрывами.
– Есть, давай второй!– мичман крутнул маховиками, разворачивая пушку…
Протекторат РА, остров Южный. 22 год, десятый месяц, 29. 12-22.
Мы с Маликом сидели под навесом мастерской, прячась от мелкого дождика, начавшегося часа два назад, и дремали. Колька грузил брата в вертолет, с которым улетали легкораненые. Их бы оставили на острове, но скорое начало мокрого сезона могло принести немало осложнений.
Заваруха закончилась утром.