Подавленные нашей пушкой крупнокалиберные пулеметы пиратов и высаженные в лесок еще полсотни снарядов на вспышки автоматных выстрелов были началом их конца. Сразу снизилась активность стрельбы бандитов, потом ожили наши минометы.
Минометчики здорово прочистили лесок, а утром кубинцы начали прочесывание. Еще немного попозднее прилетели вертолеты с хваткими ребятами, причем с несколькими собаками. Эти парни тоже рванули в лесок, а вертолеты увезли тяжелораненых.
Раненых помогали собирать в поселке мы, и убитых тоже помогали собирать.
Из Берегового привезли гробы, и сейчас копали могилы на высоком берегу. Скоро похороны. Здесь не заморачиваются с долгими прощаниями. Смысла нет особого, и климат не подходящий. Так что сейчас пойдем прощаться с неплохими людьми, которых мы едва узнали.
Найденные тела бандитов сфотографировали прилетевшие криминалисты, сняли отпечатки пальцев, и отвезли на катере в Залив, где и сбросили за борт, привязав к ногам по мешку с камнями.
– Блин, я как представлю, что это мне могли сейчас особисты ногти рвать, дурно становится,– заметил вернувшийся Колян, кивая в сторону допросной палатки, из которой порой доносились дикие вопли.
"– Ага. Держи, твоя доля, – и Малик притянул ему кружку с ромом, и кус вареного мяса.– Отправил брата?
– Да, -Колян кивнул на улетающий на северо-запад вертолет.– Отправил. Их прямиком в Демидовск, в хирургический центр. Врач сказал, что много битого стекла в ране, тяжко вынимать будет.
После чего опрокинул себе в глотку кружку с ромом, и вцепился зубами в мясо. Голодный как собака, а Тольку проводил. Вообще, хорошо, что эти парни нашу сторону выбрали, неплохие ребята.
– Глянь, выводят,– Малик кивнул на палатку. Оттуда кого вывели, кого вытащили за шкирку, но вскоре все семеро бандитов стояли посреди небольшой площади поселка. Стояли возле полусгоревшей хижины.
Как-то незаметно площадь наполнилась народом, кубинцами и отдыхающими егерями.