Сама не замечая этого, она стала все чаще и чаще употреблять в своих письмах имя Альфреда. Андре же писал, что ему было бы любопытно снова собраться вместе и поболтать."
"Да, она очень часто теперь встречала Альфреда по дороге домой. И каждый раз они обменивались парой — или множеством — слов, в зависимости от того, было ли у нее время. Фрекен Сильвестерсен имела кислый вид и называла ее теперь не иначе, как «помешанной на мужчинах бабой» и «старым, дряхлым пугалом». Но Нетта похорошела. Она снова пользовалась лорнетом, потому что Альфред тоже не видел мелкий шрифт, но одеваться она стала намного современнее.
Она время от времени посещала кладбище и позаботилась о том, чтобы на могиле Петры Ольсдаттер поставили надгробный камень. Каждый раз она приносила туда цветы и даже посадила маленький кустик. Андре писал ей, что Мали очень благодарна ей за это. Он написал также, что рукопись Герд послана в одно издательство, но ее вернули.
Однажды Нетта и Альфред сидели в осеннем парке возле церкви и разговаривали о превратностях жизни — и она впервые почувствовала в нем верного, надежного друга. Отчет о поездке в Швецию он так и не написал и никогда больше не спрашивал ее об этом. И вот она, к своему изумлению, пригласила его к себе домой на чашечку кофе в следующее воскресенье, когда у него был выходной.
Ей пришлось кое-что испечь. Миндальное печенье?
Нет, оно было слишком жирным, и к тому же он наверняка будет собирать со стола крошки. Можно испечь, к примеру, сахарные хлебцы. У нее есть немного ликера. Пьет он ликер?
И тут внезапно пришло письмо от Андре. В конверте лежала пригласительная открытка.
«Профессор Сандер Бринк и его жена Бенедикта считают для себя честью пригласить фрекен Антонетту Микальсруд на свадьбу нашего сына Андре Бринка из рода Людей Льда и Мали Кнудсен из рода Людей Льда».
И так далее.
Рядом была приписка, сделанная рукой Андре: «Надень то новое платье, в котором ты была в отеле, оно так идет тебе, Нетта! И если ты по-прежнему общаешься с Альфредом, то мы сердечно просим приехать и его, ведь он тогда был „на нашей стороне“. Надеюсь, что ты приедешь!»
Нетта долго стояла в задумчивости.