Уайльда, например, спрашивали о том, моральны или аморальны, с его точки зрения, книги о любви между людьми одного пола. На это писатель отвечал, что ""книги не бывают ни моральны, ни аморальны. Они бывают плохо или хорошо написанными"". Первый судебный процесс не нашел достаточных улик, и О. Уайльд был оправдан, однако в ожидании второго процесса над ним вершился и суд общественный: магазины отказывались продавать его книги, театры перестали ставить пьесы, сыновья писателя — Сирил и Вивиан — вынуждены были оставить школу; лавки, в которых он не оплатил счета, подавали на О.
На втором судебном процессе О. Уайльд был осужден на два года каторжных работ. Сначала поэта повезли в тюрьму Уондс-ворт, где ему коротко остригли волосы, отобрали одежду и личные вещи и облачили в тюремный тиковый костюм с черными полосами. Его поместили в тюремную камеру, где на плоских деревянных нарах лежали два одеяла, а в углу, под зарешеченным окном, размещались умывальник, параша и бачок. На карточке, прикрепленной к внешней стороне двери, были написаны имя писателя и приговор, так что каждый мог узнать, за что он помещен в тюрьму.
В первые месяцы заключения О. Уайльду казалось, что прежняя его жизнь была миром фантастических сновидений. Он упал с очень большой высоты, и судьба с невероятной злобой посмеялась над ним, швырнув ""короля жизни"" в грязную тюремную камеру. Здесь его обступили ужасы, о которых он раньше ничего не знал и не хотел знать, и потому насилие служителей закона, механическое и тупое, потрясло поэта.