Барон стоял в центре огромной гостиной своих апартаментов, где всего час назад встречался с этим наглым пацаном.
Даниил в страхе посмотрел на отца, пытаясь не заскулить от боли. Его лицо всё ещё не восстановилось после того позорного избиения в ресторане.
Барону пришлось потратить немало денег на услуги врачей и исцеляющие артефакты, чтобы привести лицо сына в более или менее нормальное состояние. И специально попросил, чтобы его не исцеляли полностью.
Так что полученная только что пощёчина оказалась куда болезненнее, чем могла бы быть.
И Волков прекрасно это понимал.
— Папа, я… — начал было Даниил, но оказался тут же прерван гневным выкриком.
— Закрой рот, щенок! — Волков едва сдерживался, чтобы не врезать сыну тростью. — Сколько раз я говорил тебе вести себя нормально⁈ А⁈ Сколько раз повторяется одно и то же⁈
— Да он первый на меня напал!
Нет.
— Первый? Он начал первый⁈ Ты что несёшь, недоносок ты поганый⁈
Это было настолько глупо, что барон мог бы рассмеяться, если бы не был сейчас настолько зол. Его тупой, совсем зажравшийся и охреневший от чувства собственной безнаказанности сын получил то, на что нарывался так давно.
Барон занёс руку с тростью, но так и не ударил. Одного взгляда на покрытого ссадинами и синяками младшего сына, сжавшегося на полу перед ним и унизительно прикрывающегося руками, хватило, чтобы гнев ушёл.
Не из большой любви к сыну. Просто ему было жалко тратить силы на это ничтожество.
Услышав шорох сбоку, Волков повернулся. Максим и Артём стояли, боясь даже шевельнуться. Губы барона растянулись в улыбке. Давно он не видел в их глазах такой покорности.
Хотя, может быть, наоборот? Это они давно не видели его в гневе. Давно пора было показать сыновьям, что бывает, если разозлить их отца.
— Теперь ты! — Кончик трости, словно остриё меча оказался нацелен в грудь старшему.