— Руки убери! — крикнул я, не нажимая кнопки самолётного переговорного устройства СПУ.
Карим тоже всё понял прекрасно. Тут же он начал отсчитывать мне высоту, вертикальную и поступательную скорости.
Ручку управления я направил вперёд, опустив нос вертолёта на 10°. Ми-8 перешёл на пикирование и начал разгоняться.
— Скорость 70. Высота 40, 35, 30… — отсчитывает Сабитович.
Земля приближается. Уже можно разглядеть все трещины на солончаках. Дыхание остановилось, во рту пересохло.
— Скорость 80! — подсказал Карим.
Теперь можно выводить. Рычаг шаг-газ начинаю поднимать вверх. Правую педаль отклоняю, но она почти уже на упоре. Снижение замедляется. Ручку управления на себя. В воздухе появляются клубы пыли, а радиовысотомер сигнализирует об опасной высоте.
— Высота 20, 15… фух! — выдохнул Сабитович.
Ручкой управления выровнял, переведя вертолёт в горизонтальный полёт. Проносимся у самой земли. Перед глазами склон одной из сопок, но успеваю принять влево. Пошли в паре метров от склона.
Успели вывести!
— 10 метров, — сказал я, работая ручкой управления и держа скорость 120 км/ч.
Димон по-прежнему продолжал смотреть перед собой. Вентилятор дул на него, поднимая вверх выбившиеся из-под шлема волосы.
— Командир? — запросил я Батырова.
— Ответил, — спокойно сказал он, облизнув губы.
— Ты живой?
— Да. Просто тут зад… зад… — попытался он что-то сказать.
Мне так и хочется продолжить за него, что у нас была сейчас задница!
— Что «зад»?
— Задумался я. Готов взять управление?
Я посмотрел на Сабитовича, которому эта идея не понравилась.
Однако задание нужно выполнить. Иначе будем отвечать на «неудобные» вопросы.
— Давай вместе. Подстрахую, — предложил я, и Димон кивнул.
Выполняем снова набор высоты. Проходим площадку и разворот на рассчитанный мной угол.
— Прямая, скорость 100, вертикальная 2. Начинаем снижение, — доложил я.
Димон продолжает заходить, но слишком рано гасит скорость.
— Высота 60, — подсказывает нам Сабитович.
Вижу, как у него правая нога слегка дёргается, а дверь в грузовую кабину уже открыта."
"— Скорость 70, вертикальная 2. Не тяни на себя. Зависнешь, — кричу я, не выходя в эфир по внутренней связи, чтобы мои слова не были записаны на бортовой магнитофон.
Но Димон меня не слышит. Продолжаю «бороться» с его ошибками в технике пилотирования.