Выступили только Шапошников и Меркулов, поблагодарив собравшихся в зале восемь человек: шестерых гражданских и нас. Выходили мы не через парадный, а через боковой выход. Уже на выходе я услышал:
- Капитан! Подойдите сюда! - маршал Шапошников подавал мне знак рукой. Я подошёл и доложился.
- Вы собрали те письма, которые мне вчера передали?
- Про юг?
- Да.
- Я, товарищ маршал.
- Насколько я понимаю, Вы не докладывали наверх, так как это много выше Вашего уровня?
- Всё, что касалось нашего фронта, я передал, и обратил особое внимание на то обстоятельство, что разбирать немецкие укрепления не надо, наоборот, занять и усилить.
- Всё правильно, капитан, Вас так учили. Стратегические вопросы на уровне роты не решаются. Тем не менее, Вы работали на уровне фронта, так что, Вы вправе были рассматривать и эти вопросы. Я объявил Вам выговор, а Евстигнеева предупредил о неполном служебном соответствии, за задержку сведений стратегического характера. Впредь, подобную информацию не задерживать, а передавать немедленно начальнику ГРУ или непосредственно начальнику ГенШтаба.
- Без подобного приказа, ни я, ни генерал Евстигнеев, не имели права заниматься такого рода деятельностью, и готовить такого рода справки. Наше дело было собрать письма и, почему-то, передать их в Политическое, а не в разведывательное, управление. Наказание не совсем обосновано, товарищ маршал.
- Вы хороший аналитик, капитан Иволгин. Я отменю наказания, буду ходатайствовать о награждении. Свободны!
- Есть! - я отдал честь и отошёл от Начальника ГенШтаба.
- Что говорил? - спросил Сашка.
- Что инициатива может быть наказуема!"
"- А ты что, не знал? Подальше от начальства, поближе к кухне! Что делать будем?
- Сейчас зайдём в ГРУ, узнаем: где начальство, если его нет, то будем брать билеты на Стрелу.
- У нас же приглашение на торжественный вечер в Кремлёвском дворце!
- Забудь! Ты - разведка! Скажу тебе больше, Саша: со вчерашнего дня ты - индивидуал.
- И куда же?
- Сам не догадываешься?
- А почему меня ни о чём не спросили?
- Ты подписку при поступлении в школу давал?
- Конечно.
- После этого за нас думает начальство. Попасть в разведку трудно, а выйти из неё, практически, невозможно, Саша. Ты чуть не вылетел, решив жениться на иностранке, но иностранка ценная оказалась.