– Коленвал, сюда!
– Не ори, дурак! – сержант дернул его за куртку. – Сейчас вернутся и нас пристрелят!
Что-то было не так. Они прошли лесополосу почти насквозь, но не слышали никаких звуков: ни шагов, ни ломающихся веток, ни хруста сучьев. Вдруг Лис понял: впереди никого нет! Эта сука обвела их вокруг пальца, пропустила мимо себя, чтобы выстрелить в спину! У него даже волосы дыбом встали, он круто развернулся, выставив перед собой автомат. Но и сзади не раздавалось никаких звуков.
– Валек, – тихо позвал он. И повторил уже громче: – Валек!
– Нет здесь никого, – раздался совсем рядом голос Литвинова.
И тут до них донеслись истошные крики и рев мотора.
– Уходят! – расшифровал крики Литвинов, и оба рванулись обратно.
Мотор завелся сразу, и даже одна фара работала, но скаты были прострелены: машину бросало из стороны в сторону, а проехав метров пятьдесят, она вообще села на диски и остановилась.
– Давай, корова, гони! – командовал сзади Ящик.
Мамочка давила на газ и неизвестно зачем дергала руль, но понимала – все бесполезно: по асфальту машина еще могла бы проползти какое-то расстояние, но по такой колее она не проедет и метра.
– Давай, корова, давай! – орал Ящик, и она подумала, что зря не послушала Светку: надо было сделать, как та предлагала…
Лис первым прорвался сквозь переплетенные ветки деревьев. Пиджак и рубашка были порваны, руки и лицо исцарапаны. Хорошо, что локтем он закрывал глаза… И когда он оторвал руку от лица, то увидел, что машины у остатков костра нет.
– Вот они, вот! – кричал Горилла.
– Уходят, а стрелять нечем, у меня же оружие забрали, – вторил ему сержант, причем оба указывали рукой в одну сторону, где в слабом свете луны блестела буксующая «приора».
Лис побежал к ней, на ходу вскинул автомат, дал короткую очередь, потом еще одну, еще… И тут по глазам будто бритвой резануло. Гигантская мухобойка ударила по земле. Вспышка. Взрыв. Сквозь клуб огня проступал силуэт машины, разлетающиеся в стороны брызги горящего бензина, какие-то сверкающие ошметки… В топливный бак попал! Из задней двери вывалился объятый пламенем человек.