– Везде! Думаете, откуда де Гульнар всё знает?
– Откуда?
– Уши!
Глава магического дозора начал затравленно озираться. Аферист так сумел нагнести обстановку, что ему и впрямь стало казаться, что со всех сторон из стен растут уши. Одно из них, не воображаемое, высунулось из соседней комнаты: Одувану было жутко интересно знать, как его «братишка» будет обувать Цебрера.
– Вот оно! – вцепился в него хозяин кабинета.
Одуван взвыл, встряхнул головой, как собака, сбросив главу магического дозора на пол.
– Это наше ухо! – прошипел Арчибальд, усаживая начальника обратно в кресло.
– А где не наши? – тяжело отдуваясь, спросил Цебрер.
– Не наши работают на де Гульнара. Так вот, чтобы наших было больше, чем не наших, нужны деньги, и срочно.
– Да–да… я понимаю, – пробормотал Цебрер, вытаскивая из ящика письменного стола увесистый кошель.
– Здесь сколько?
– Триста.
– Это несерьёзно! Нам на представительские даже не хватит! А ведь именно там, куда мы едем, нас ждёт особый компромат на эту тыловую крысу де Гульнара.
На столе появился ещё один кошель.
– Сколько?
– Столько же.
– Мы тут взяли в оборот одного человечка де Гульнара, – задумчиво сказал аферист, – утверждает, что видел ваше досье. Кое–что шепнул. Так там такое…
Цебрер побледнел. На столе появился ещё один кошель. Арчи даже не стал спрашивать, сколько в нем.
Стандартную ставку главы магического дозора он уже знал.
– Если б вы об этом забыли…
Арчи выразительно посмотрел на стол.
– Уже забыли… почти.
Бледный Цебрер пошарил рукой в столе и вытащил ещё один кошель, судя по всему, явно последний.
– Вот теперь действительно забыли.
Цебрер облегченно вздохнул.
– Продолжим. К главе Дома эльфов просто так не подъедешь. Нужно солидное подношение…
– Но я же отдал почти всё! – простонал Цебрер. – тут и представительские…
– Это для его приближенных, – строго сказал аферист.
Цебрер поднялся пошатываясь, подошёл к сейфу в стене, поколдовал над ним и извлек оттуда ларец, доверху наполненный крупными алмазами, изумрудами и рубинами. Выбрав пару самых крупных алмазов, он протянул их Арчибальду.
Судя по их размерам, этого должно было хватить за глаза, но профессиональная честь не позволила на этом остановиться.