Немножко того, немножко другого!
– Вы можете сказать, сколько того и сколько другого вы туда сунули? В каких пропорциях? В какой очередности? Здесь важно все! Время, количество…
– Настоящие художники, когда творят, на такие мелочи, как время, внимания не обращают.
– И когда начинают творить такие художники, как вы?
– Лично я на такие подвиги способен, только когда очень сильно голоден, – неосторожно ляпнул Арчибальд.
– Молодой человек, мы создадим вам все условия для творчества. Лично распоряжусь, чтоб вас больше не кормили.
Бальзамор натянул на ладони рукава своей длинной мантии, подхватил раскаленный котелок, нежно прижал его к своей груди и помчался к выходу.
– Э, куда закуску поволок?! – всполошился Арчи.
– На анализы, – буркнул на бегу глава кафедры зельеварения.
Арчи со слезами на глазах провожал уплывающий от него котелок. Горло горело огнем. Закусить было просто необходимо.
– Дуняшка, чтоб был полный. – Пройдоха сунул черпачок подруге и недолго думая включил ускоритель.
Девица не подвела своего барина. На мгновения исчезла и вновь материализовалась перед ним с полным черпаком. Бальзамор похлопал глазами на весьма понизившийся уровень жидкости в котле, ничего не понял и двинулся дальше. Он и не подозревал, что Арчи уже запустил свои крепкие зубы в самый большой кусок мяса, только что выуженный Дуняшкой для барина, а потому дальнейшие события с этим фактом не связал.
Академия содрогнулась и загудела, словно огромный колокол. Гул перекатывался по залам, комнатам и узким переходам древнего сооружения, заставляя студентов в ужасе приседать, зажимая уши. Гул утих сразу, как только Арчибальд дожевал свой кусок и благополучно его проглотил. И на смену гулу сразу раздался вой сирен. В воздухе замерцали алые сполохи.
– Прорыв магического заслона в пятнадцати местах! – проревел магически усиленный голос Даромира.
Бальзамор растаял в воздухе вместе с котелком.
– Врут небось, – хмыкнул Арчибальд, передавая черпак другу. – Это они специально нас пугают.