К этому времени я, как и все остальные, уже окончательно остыл, поэтому подношение принял благожелательно. Быстро отправил улов к матери, которая хоть и удивилась, но обрадовалась рыбке. Уха в её исполнении получилась на славу.
Вернее, это батя расстарался, сварив её в огромном котле посреди двора. Чувствуется, опытный человек! Даже обожжённое полено сунул в варево, придавая блюду правильный вкус с дымком. Стоит ли говорить, что каждый едок, работая ложкой, как пропеллером, попросил добавки?
Такой обед настроил всех на благодушный лад.
— Ну, все же живы, — неуверенно проговорила Анастасия. — Явно не в нас метилась, раз дом цел. Поэтому считаю, что не враждебная, хотя и дурная.
При этом она так выразительно посмотрела на Морячка, что в душе смутные сомнения по их отношениям переросли совсем в отчётливые выводы. Но это не моя забота. Взрослые люди, поэтому пусть разбираются сами.
— Разгребём без посторонней помощи, — буркнул отец.
— Аферюги, мошенники и… А давайте выпьем за вас? — предложил я, наполняя стакан берёзовым соком, что был извлечён из погреба мамы Вари.
— Выпьем, — кивнула моя мать. — Данилушка! Тут с ребятами твоими пообщались немного. Даже я не ожидала, что они тебя так расхваливать будут. Горюновым ты стал! Хотя, наверное, и раньше был, только не туда усилия свои прикладывал. Правда, отец?
— А чё я? — как-то смущённо зажался Горюнов-старший. — Ну… Всякое было. Только своими собственными глазами увидел, что наш Род гнильцой не обзавёлся. Хотя ты и придурок, Данила, но по-нашему придурковатый! За такого реально и выпить не грех! Мать! Капни всем по рюмочке моего первача! За Горюнова нужно пить «горюновку».
От этих слов на сердце потеплело. Смотрю на вроде бы и чужую семью, к которой с опаской ехал, но понимаю: моя она! Признали мы друг друга! Вон даже Настя мне дружелюбно улыбается. Хотя, зараза такая, одновременно строит глазки Морячку. Надо будет ему опосля рыло начистить втихаря.