Она, наверно, единственная, кто сейчас поговорит со мной с удовольствием.
— Алло. Привет, бэйба. Как ты?
— Ой, привет! Как ты там?! А я переживала. Смотрю тебя нигде нет: ни в ВК, ни на связи… Так я Юльке звоню, думаю, мало ли, может они хоть там с Ванькой и поругались, ну, может телефон остался, думаю… А она, прикинь, сама хотела мне звонить: она свой телефон на, как ты говоришь, лохопляске потеряла… Бухая ж наверно была… Ну короче…
Казачка продолжает щебетать, а я думаю о том, что нет ничего постоянного в этом мире: я жил в одном месте, сейчас живу уже в другом и до этого поменял уже мест шесть.
* * *(17 декабря 2014 г)В дверь стучат. «Су-у-ука… что там?!»
— Профессор! Спишь?! Тебя начальник разведки зовёт.
— Иду.
Его кабинет в конце коридора.
— Где командир ваш? Не могу дозвониться до него! Что это за хуйня, что его никогда нет на месте?!
— Не могу знать.
— Ладно, поднимай всех по полной боевой: поедем казаков разоружать. Приказ сверху! Собери всех сюда. Ты старший сегодня.
* * *Уже недели две как я был втянут в шпионскую историю по сбору информации о численности и организации различных отрядов казаков в городе, их вооружении, денежных потоках, бизнесе и т.
Мне дали телефон начальника горотдела и сказали для начала встретиться с ним. Выведать, что он знает о казаках.
— Но сильно ему не доверяй: сам знаешь, менты хитрые… Сами себе на уме.
Что я знал на тот момент о казаках?
На заре Русской Весны на Донбассе, существовало много экзотических проектов по устройству бывших украинских территорий. Один из них — это «казачий проект» в южных частях Луганской области. Впервые я об этом услышал осенью 2014-го от человека, близко общавшегося с Козициным.