— Это — мелочи, — ещё пару кусков пергамента медленно спланировали в огонь. — Все это — мелочи. Вся моя жизнь — мелочь.
— Фей!
— И это — мелочи, — она громко хлопнула по стопке книг на краю стола. — Псаковы мелочи!
— Ты же не ругаешься, Фей-Фей!
— Не ругаюсь. Не занимаюсь алхимией. Не живу в своем доме. Не могу рассчитывать на хорошую партию. Не могу сама распоряжаться своей жизнью. Не могу отомстить за родителей. Не могу увидеть дедушку, и даже псаков эликсир я не могу сварить правильно!!! Я — ничего не могу!
— Фей, ты лучший алхимик из всех, кого я знаю… в этом возрасте, и сир Ву…
— Они сломали их, Вайю, — первый раз за всё время в её голосе появились эмоции — тоска и… ярость.
— Хорошему алхимику котлы не помеха, и…
— Котлы. Деда. Вайю.
— Мы найдем того, кто это сделал, — в этом я была не уверена, но попытаться стоило.
— Дело не в котлах!
— А в чем? — я осторожно отступила на шаг, так резко Фей взмахнула руками."
"— Дело в том, что я — нич-то-жес-тво! Ничтожество! Ничтожество!! Ничтожество!!! — она подхватывала обрывки рисунков с пола и швыряла их в чашу, промахивалась, швыряла снова и снова, как будто листопад кружился в воздухе из кусков бумаги.
— Фей…
— Мазня! Мазня!! Мазня!!! Пусть оно горит все огнем! Если бы я занималась только алхимией, я бы справилась… — она обессилено сползла на пол, прислонившись к столу.
— Ты занималась тем, к чему лежала душа, — я аккуратно переступила мусор на полу. — Тем, что тебе нравилось, доставляло удовольствие и…
— Ты раздражаешь, Вайю.
Я поперхнулась воздухом.
— Бесишь. Выводишь меня из себя так, что иногда мне хочется ударить тебя.