Ты хотя бы раз можешь сказать правду? Сказать то, что думаешь обо мне на самом деле? Сказать прямо в лицо, что я — ничтожество и тварь? Можешь? Бесишь тем, что обращаешься со мной, как с фарфоровой вазой… я не сломаюсь, если ты скажешь все, что думаешь обо мне! Или ты считаешь, я настолько слабая?
— Слабая? Да я никогда не считала тебя слабой Фей, и я обычно говорю, что думаю…
— Обычно? Что думаю? — она резко поднялась с пола и подвинула к себе книги, лихорадочно перелистывая. — Обычно. Обычно. Давай! Ты должна мне ещё за прошлый раз!
Из книги — бережно заложенные между страниц — лежали засушенные цветы маргариток, фантики от конфет, голубая лента, сложенная записка, — ещё сухие цветы.
— Вот, смотри, — она подвинула мне эту кучу. — Это то, за что я продала тебя прошлый раз. Смотри. Смотри же!!! Смотри, Вайю! Сколько ты стоишь!!! Два бутона, нет три!!! Три бутона! Две записки, о-о-о-о… какие это были записки — мне никогда никто не признавался в любви, и… — она брезгливо двумя пальцами подняла ленточку, — …даже подарок.
Она совала мне это прямо в лицо, лихорадочно размахивая руками.
— Фей… — герб Хейли был виден на записке отчетливо.
Я знала, что она помнила Поллукса, но чтобы хранила его подарки… и возила с собой? Он был ей дорог гораздо больше, чем я считала.
— Скажи мне, что я ничтожество!!! Скажи!!! Я подвела тебя тогда, я подвела всех сейчас, я постоянно всех подвожу, я разочаровала дедушку, я… я… я… — губы Фей задрожали.
— Ничтожество, — выдохнула я тихо, и притянула её к себе с трудом — она сопротивлялась.
— Никчемная!!!
— Никчемная.
— Бесполезная!!!
— Бесполезная.
— Балласт!!!
— Балласт, — выдохнула я ей в волосы.
— Неудачница!!!
— Угу, — угукнула я тихо. — Прости…
— …ззза…за…что…ик..
— За то, что меня не было рядом.
Губы Фей дрогнули, черты лица смягчились, и она… зарыдала.
Наконец-то.
Фей рыдала, уткнувшись мне в плечо. Мы сидели на полу, я гладила её по голове и думала… о еде.
Очень хотелось есть. Обеда в Бель меня лишили, завтрак был давно, а… жрать хотелось просто неимоверно.
— На, — я вытащила из кармана платок, заляпанный бурыми пятнами, и тут же затолкала обратно — вместо него стянула и сунула ей под нос салфетку со стола.
— Это не платок… это… кружевная…
— Бери, что дают.
Фей трубно, и совсем не как сира, высморкалась.
— Вставай.