Сегодня я взял у них образцы из лаборатории и хотел передать их Анатолию, чтобы он изучил их и дал совет, стоит ли дальше вкладываться в разработку или пора сворачиваться и давать им пинка под зад и объявлять банкротство компании.
— Надеюсь мы сами банкротами не станем после этого?
— Нет, дорогая, конечно нет. Ты же знаешь, что для рискованных проектов я всегда использую деньги спонсоров.
— Знаю. — произнесла Анна и обернулась на дочь. — Вы закончили? Ну как? Тебе понравилось? — спросила она и девчонка импульсивно ответила.
— Да, мама! Очень! Если бы я раньше знала о стрельбище, то чаще бы сюда приезжала!
— Нет, нет и еще раз нет. — строго произнесла она и устало вздохнула. — Доченька, тебе нужно думать о другом.
— Ой, снова ты за старое! — с обидой выпалила Софья. — Я не хочу руководить больницами и заниматься всякими таблетками! У меня это всё равно не получается!
— Тише, доченька. — сказала Анна, и Софья резко замолчала, после чего посмотрела на меня и стыдливо отвернулась. — Присядь.
— О нееет.… — протянула вполголоса девушка и нехотя плюхнулась на стул.
— Артём, спасибо вам. — обратилась ко мне Анна. — Идите тоже поешьте, Константин уже приготовил обед и для персонала.
— Не стоит благодарности, я всегда к вашим услугам.
Я поклонился и после направился на кухню. Пускай в поместье был так же и обеденный зал с большим столом, но все работники ели на кухне за небольшим столиком. К нему я как раз и направлялся.
— Артемчик! — радостно произнёс Константин, встретив меня на пороге. — Присаживайся! — он указал рукой на столик, за которым уже сидела Оля с измученным видом. — Сегодня я приготовил одно из твоих любимых блюд!
— А другие работники не против? — спросил я, падая задницей на стул.
— Да с чего бы!? Ты ведь не каждый день тут бываешь. Так что не переживай.
— В таком случае спасибо.
— Нормально, только устала, даже вещи до конца разобрать не успела. И еще Полина Игоревна сказала, что я плохо справляюсь, и мне нужно быстро всему обучиться. — расстроенным голосом проговорила девушка. Я же в это время смотрел на её грудь, которая лежала прямо на столе. — Видимо боится, что я что-то испорчу или разобью… она такая строгая.