Пришлось рассказать, как проходил мой экзамен. Рогатик слушал и сверкал глазами. Пока я рассказывала и делилась впечатлением от преподавателей, мы пришли. Ткнув пальцами в одну из двух дверей, мой спутник произнес:
– Тебе туда. Женское общежитие, – а сам прошмыгнул в соседнюю.
Войдя в указанную дверь, я оказалась в длинном коридоре с одинаковыми дубовыми дверями по бокам.
– И что теперь? Какая из комнат моя? – вслух поинтересовалась я, поражаясь тишине и безмолвию. «Как в склепе», – тут же прилетела мысль.
– Имя! – рявкнули над головой. Но, сколько ни крутилась, никого не обнаружила. – Чего крутишься как уж на сковородке? Имя?
– Елизавета Горовина, – отчеканила я. – Факультет некромантии.
– Седьмая комната. Вот ключ, – передо мной зависла пластиковая карта. Я взяла ее в руки. Хм, не пластик, просто похоже. – Приложишь к ручке и назовешь свое имя, – вздохнул невидимый собеседник, наблюдая за мной.
Кивнув, двинулась в указанном направлении. Вслед мне донеслось:
– Кормить нежить только на полигоне.
– Кормить нежить? – Я застыла. – А что она ест?
– У-у-у, как все запущено, – простонали над головой. – Зачем заводила, если не знаешь, как с ней обращаться?
– Да оно случайно получилось, – пожала я плечами. – На экзамене шар некроманта превратился в это милое существо.
– Хм, и почему у меня предчувствие, что от твоих «случайностей» я буду выть?
– Я так понимаю, вопрос риторический? – уточнила я, так как не имела понятия, что ответить.
– Иди уже, пока еще чего-нибудь случайно не случилось, – предложили мне.
Я и пошла. Как раз до комнаты с цифрой семь.
Как и было сказано, приложила к ручке ключ-карту, и дверь открылась. Уши мгновенно заложило от крика. Помещение оказалось полно народу. Четверо парней и семь девушек. И все не совсем трезвые. На меня посмотрели как на привидение. Хотя мне показалось, ему они так не удивились бы, а еще и пригласили бы составить компанию и выпить.
– Это у меня в глазах рябит? Или у нее на голове невесть что! – рявкнула сбитая девица с зеленой кожей. Она закрыла глаза и тряхнула головой. Открыла и снова уставилась на меня. – Нет. Не рябит. Это что за извращения цирюльника?
– Это моя бурная фантазия и очередной эксперимент, – спокойно отозвалась я, пытаясь определить, какая из двух кроватей моя.