Олег спросил ехидно:
– А если бы там был парень? Бросился бы спасать?
– Парень должен выкарабкиваться сам, – отрезал Мрак. – Не может, пошел на фиг! Природа для продления вида отбирает сильнейших. Меня, к примеру. А потеря каждой женщины невосполнима.
– Ого, – сказал Олег с уважением, – как заговорил! Смотри, и ты, Мрак, станешь таким мудрым-мудрым…
Мрак содрогнулся:
– Не приведи боги!
Он дико взревел, заулюлюкал, ускорил полет, проламывая разреженный воздух с такой силой, что тот трещал и сгорал на поверхности силового скафандра.
Олег шел следом ровно, пробовал себя на разных режимах этого странного, нет, уже не странного полета, смотрел во все стороны сперва в привычном диапазоне, только потихоньку расширял за инфракрасный и ультрафиолет, пробовал радиозрение, гамма-лучи…
В какой-то миг вся темная, словно ночью, поверхность земли заискрилась крохотными желтыми точками, размером с острие булавки.
Он напряг зрение, и вся ночь внизу заблистала золотом. Теперь он видел все клады, на любой глубине, и даже золотые жилы. Увеличивая масштаб, словно выдвигал перед глазами мощный бинокль, рассмотрел отдельные самородки, вон там даже с конскую голову, а там длинная узкая жила песка, но добротная жила, длинная, как будто анаконда в милю длиной вытянулась вдоль реки, а хвост упрятала в лес…
Впереди Мрак довольно ухал, все наращивал скорость.
Далеко внизу поверхность выглядела ровной, как расплавленный воск, но он перешел на телескопическое зрение, увидел ровную безжизненную пустыню. Барханы тянулись до самого горизонта, постепенно измельчаясь.