Прозрачно-синий, удивительно чистый, с узорными наледями, размером с Туранскую возвышенность, он простирался от горизонта и до горизонта, но в середине каждой наледи вздымался гигантский пик, похожий на длинный меч-спату. При взгляде на планету целиком Мраку почудилось, что видит замерзшего в космическом холоде морского ежа со вздыбленными крохотными иголками.
Они шли на высоте в полсотни километров, но осторожный Олег поднялся еще выше, чтобы не пропороть острием пики пузо, как он сказал. Мрак хмыкнул: они в состоянии сбить здесь все пики, а то и половину океана вскипятить, но спорить не стал.
– Следующую, – сказал Олег без выражения. – Здесь либо что-то произошло, либо здешнее солнце совсем недавно здорово похолодало…
– Либо что-то еще, – пробормотал Мрак.
Олег не спорил, а следующая планета, еще ближе к центральной звезде, оказалась более земноподобной.
Основные континенты застыли среди водной глади. Их разбегание давно прекратилось, на полюсах широкие белые шапки, эти не зависят от молодости или старости планеты, сами континенты сплошь покрыты песком. Все правильно, все рассыпается в песок.
Он взлетел, Мрак на большой скорости пошел следом, обогнал, горы вырастали, Олег зачем-то опустился к самому подножию. Мрак нырнул вниз и только там понял, что привлекло такого сухаря.
Гора выглядела как гигантский сугроб в начале марта. Солнечные лучи сжигают снег с одной стороны, вгрызаются вовнутрь, в то время как теневая сторона остается нетронутой. Вскоре от сугроба остается только половинка, да и та изъеденная внутри, с множеством диковинных сосулек, с мелкими кавернами, пещерками…
Эта гора, размером с Эверест, напоминала такой сугроб до потрясающего подобия.