То, что он и без того умел: слышать лучше других, чуять носом, видеть далеко и остро, за эту неделю усилил стократно, к тому же овладел всем, как он считал, спектром цветового зрения, от самого низкого инфракрасного до дальних градаций ультрафиолета. Тело мог с легкостью трансформировать в любое существо, ликовал без памяти, но, протрезвев, вспомнил, что это все еще в узких рамках биологии, а вот атомарная перестройка только начинается.
Олег несколько раз исчезал вовсе. Причем даже не улетал, а просто в комнате становилось пусто.
На десятый день визита интеллигентного полковника из ГРУ вроде бы удалось нащупать шаткий путь, даже тропку, как слегка изменить атомарную решетку. По совету Олега пробовал менять лишь крохотные косточки, суставы, ведь многие люди живут с искусственными протезами даже в сердце, затем делал металлическими фаланги пальцев и тут же возвращал их в исходное состояние, проверял, снова пробовал органику заменять на металл.
– Ну, – сказал Мрак нетерпеливо, – когда полетаем?
– А ты… готов?
– Всегда, – ответил Мрак. – С забора мордой о землю… Нет, серьезно, я уже пробовал, как ты и говорил. Создавать вакуум прямо перед телом. Только кожу приходится бронебойнить. Первый раз не сделал, так клок из бока, будто зубами… Попался бы ты мне тогда – убил бы!
Олег покачал головой:
– Ты еще не готов.
– Ты еще попробуй догони, – ответил Мрак.
Деревья расступились перед ними и отечески сомкнулись за их спинами. Каролина с веранды проводила их заинтересованным взглядом. В деревню доходили кое-какие слухи о появлении на свете каких-то странных голубых, что… ну, страшно и срамно такое даже вышептать, но эти не такие.
Мрак с его волчьим чутьем и нюхом слышал на километры вокруг, везде пусто, можно начинать, но Олег упорно вел в самую чащу и остановился, когда оказались в действительно диком месте, словно и не Подмосковье, а Зауралье.