Ульяна невольно замялась, подбирая подходящее определение на медицинской латыни.
— Мелкий говнюк?
— Дядя Саша!..
— Да, ты права. Мелкий аристократический говнюк, так будет точнее. Весь в отца, практически чистокровный Эльстон.
— Разве? Обликом он весьма похож на мать.
— И только.
Словно подтверждая это, в камине звонко щелкнул уголек.
— Прямая линия потомков Юсуфа-мирзы прервана, и никакие Высочайшие указы или решения геральдической палаты не смогут это изменить. Возможно, проживи последний князь Юсупов несколько подольше, и поучаствуй в воспитании внуков… Хотя вряд ли бы это помогло в отношении младшего Феликсона, при такой-то наследственности.
Заинтересованно шевельнувшись на своем «насесте», будущий медик состроила вопросительную мордашку:
— А что именно не так с племянниками Наденьки?!?
Видя, что ей не торопятся отвечать, восемнадцатилетняя почемучка усилила нажим, поглядив дядюшку по руке и умильно улыбнувшись.
— От Сумароковых они унаследовали предрасположенность к легкой шизофрении, от Эльстонов — склонность к мужеложеству и инфантилизм.
— А от матери?
— Пока еще рано об этом говорить… Хотя старший Николя и подает определенные надежды. Вообще, Юсуповы не раз отметились в истории и как государственные деятели, и как удачливые заводчики и дельцы. К слову, и как большие ценители женской красоты: еще дедушка Зинаиды устроил себе из крепостных девиц самый натуральный гарем, а прадедушка, по слухам, пользовался особыми милостями императрицы Екатерины Великой… Жаль, что такой род прервался.
Замолчав, князь нехотя пошевелился, подбросив в топку пару новых поленьев. А его воспитанница тем временем оставила в покое многострадальный локон и задумчиво провела подушечками пальцев по щечке.
— А почему Наденька так отличается от Зинаиды Николаевны?
— Разве?
— Нет, ну конечно они сестры, в этом нет никаких сомнений. Но все же — разный цвет волос, немного иной разрез глаз и губ, даже оттенок кожи…
— Они не полнородные.
— Почему сразу странный?!? Просто она мне нравится, вот и стараюсь побольше о ней разузнать.