– Машка, ты что натворила? – бросился ко мне Гриша.
– Ничего… – промямлила я, выпрямляясь и стараясь придать лицу естественное выражение.
Мы зашли в комнату и увидели, что телевизор, который стоял у окна, упал – створка распахнулась и опрокинула ящик.
– Сквозняк, – подытожил Гриша.
– Что у вас тут происходит? – заорал участковый.
Он ворвался в комнату в грязных сапогах, оставив следы на красивом светлом ковре, но даже не извинился. Мы сбивчиво пояснили ему ситуацию с телевизором – казалось, он очень не хотел нам верить и видел в этом случае злой умысел.
– Слушай… – неуверенно начала она. – Тебя ничего не смущает?
Я удивилась:
– Вообще-то, меня все смущает. Сколько живу, никак не могу привыкнуть к трупам в стенном шкафу.
Ирония, возможно, была не к месту, но я ведь все еще считала Гришу с Оксаной убийцами.
– Почему убили Леньчика? – настаивала Оксана.
– Ты меня спрашиваешь? – я всплеснула руками.
– Ты никогда не видела Леньчика, мы никогда не видели Леньчика, никто, кроме Лены, не был знаком с Леньчиком, но ей-то зачем его убивать? – бубнила Оксана. – Что он такого сделал, чтобы Лене срочно понадобилось его прикончить? Хотя она, конечно, могла бы, но вот зачем?..
– А почему это она могла бы? – заинтересовалась я.
– Ну, это я, конечно, только предполагаю, все-таки у нее муж был бандит, – Оксана пожала плечами.
– А ты откуда знаешь? – насторожилась я.
– Костя рассказал, – сообщил Гриша. – Он ее знает уже лет пять. Мужа братва завалила, а Лена около года отсиживалась в Европе. В подвале ее салона нашли целый склад боеприпасов – она об этом даже не знала, только после обыска все вскрылось.
– Так и не знала? – не поверила я.
– Со слов Костика, – Гриша развел руками.
– Н-да… – задумалась я и поднялась с места. – Подождите.
Я ночевала в комнате Марины – в лучшей спальне после хозяйской. Здесь была личная ванная с туалетом, куда я и отправилась за жидкостью для контактных линз – от переживаний глаза совершенно пересохли.
Тело Тани лежало в ванне – бледное, скрюченное, с пробоиной в голове.