Но тогда, после того как оперативники включили магнитофон, из него ничего бы не прозвучало. Вопрос: кто перемотал кассету на начало? Зачем, а? Дальше, кто сообщил адвокату Ильину о смерти Сени? Ведь о его существовании в семье не знали. И третье. Светка кричала, что нашла кольцо и никому об этом не обмолвилась, и тут же заявила, тыча пальцем в юриста: «Он, похоже, все знает». Так откуда? Если Света обнаружила перстень в одиночестве, а потом молчала, кто рассказал Ильину о кольце? Он совсем не удивился, услыхав вопль Светы, было похоже, что адвокат полностью в курсе дела! Лично мне странно, почему профессионалы, проводившие осмотр места происшествия, не увидели нестыковки в истории с магнитофоном.
– Слишком ты умная, – прищурился полковник, – а мы, менты, тупые, лишь бы от дела избавиться. Да? Списать на самоубийство, чтобы ничего не расследовать…
– Замолчите, – прошептала Аня, – хватит, сил нет вас слушать! Хоть меня пожалейте! Сеню не вернуть.
– И Мусика, – шепнула Катя.
Мы с Дегтяревым переглянулись.
– Сегодня Рождество, – торжественно заявил полковник. – А в эту ночь случается все! Исполняются самые невероятные желания.
Аня вскочила на ноги.
– Вот уж не думала, что вы настолько жестоки! Считала вас своими лучшими друзьями.
– Мамочка, – бросилась было к ней Катя, но тут из коридора донесся задорный лай.
Анечка и Катюша замерли.
– Это кто? – хором прошептали они.
– Ага! – завопил Дегтярев и толкнул дверь, сделанную из цельного массива дуба. – Встречайте! Настоящая рождественская сказка!
Створка распахнулась, в проеме появилась знакомая фигура. На руках у мужчины восседал визжащий от счастья Мусик.
– Папа, – всхлипнула Катя, рушась на пол.
– Сеня! – еле выдавила из себя Аня, медленно оседая возле дочери.
– Не может быть! – закричала я. – Дегтярев! Там же должен был быть один Мусик! Мы же привезли его вместе. Сеня-то откуда взялся! И живой!
Спустя некоторое время все пришли в себя и бросились целоваться.
– Но… как… ничего не понимаю, – бормотала Аня, – жив, жив, жив."
"– Живее некуда, – кивнул Сеня. – Света и Ильин решили нанять киллера, кто-то же должен был выстрелить мне в голову. Сами они боялись.