Все-таки геройское спасение действует на женщину почище любого афродизиака. Хоть самой предлагай Жданову прямо сейчас катить в номера, матрасы мять.
62
- А как ты меня нашел? – кокетливо интересуюсь я, когда гелендваген под управлением Михаила уверенно несется по трассе. – Этот Гаврила сказал, что ты принял все выставленные условия и поехал подписывать мировую с его начальником.
- Чтобы Игорь Жданова каким-то лохам оборзевшим так запросто позволил завод отжать? – Закинув руку на подголовник дивана, фыркает Игорь.
-- То есть ты сразу узнал, куда меня везут? – восхищенно переспрашиваю я. – Зря, выходит, я волновалась, что из-за меня твой бизнес пострадает?
-- Бесстрашная инженерка за бизнес мой переживает, пока ее саму в машину запихали. – Игорь укоризненно качает головой. -- Ну Люба.
-- Да не то, чтобы сильно волновалась, так как была уверена, что ты решение найдешь.
Он шутливо на меня косится.
-- Выходит, я принц на белом коне. Только тот червяк дождевой на дракона что-то не тянет.
-- Ой, Гаврила действительно очень слабохарактерный и неприятный тип, страдающей неприязнью к людям. А вот, кстати, Володя -- другое дело…
-- Люба, у тебя стокгольмский синдром, что ли, я не пойму? – ворчит Игорь, по-хозяйски сгребая меня в объятия.
Спустя часа полтора мы сидим на диване в Ждановской квартире. На мне банный халат хозяина, в руках – бокал изумительного кьянти, и пахну я терпким мужским шампунем. Настроение у меня игривое и приподнятое, словно никакого похищения не было и в помине.
-- А вот скажи, Игорь, -- я игриво тычу в него ступней. – Если бы твой друг из ФСБ меня на нашел, ты бы отступился от бизнеса взамен на мою жизнь?
-- Что за вопросы такие, Люба. -- Жданов недовольно гримасничает.
Со стороны такой вопрос может и звучит по-детски, но очень уж мне интересно. Я же женщина, в конце концов. И к тому же выпившая.
-- Так да или нет?
-- Да не тронули бы они тебя. Кишка тонка.
-- Ну если все-таки предположить, -- не сдаюсь я.