– Миша, я порой от тебя очень устаю, – вздохнул Шелестов. – Давай рассуждать дальше…
– Погоди-ка, – заволновался Сосновский, – а почему мы не уходим отсюда? Что нам, поговорить больше негде? Ты чего, Максим?
– Нет, ты еще посидишь здесь, – назидательно улыбнулся Шелестов. – Играть, так до конца. Будем этого ухажера разрабатывать по всем правилам. Ты у нас пока побудешь потерпевшим. Надо зафиксировать его слова и желание избавиться от тебя, как от конкурента, и подтвердить свой интерес к Любе. А потом сделаем второй ход.
– Какой?"
"– Пока ты там развлекался, Храпов начал давать показания. Он опознал по фотографии Алексея. Ухажер Любы Сазоновой и связной от второй группы, к которому ходил Храпов, – один и тот же человек.
– Мы вышли на вторую группу? – тихо спросил Сосновский. – Неожиданно! Значит, и мост, и завод. Но ведь так не бывает, Максим, ты же понимаешь, что группу готовят для одного задания, а тут… Создают резидентуру? Тогда при чем здесь диверсионные акты? Это из разных котелков бульон.
А Знахарь никуда не пошел. Он послонялся по центру, поглазел на витрины магазинов, потом посидел в парке «Липки», вытянув ноги и нежась на августовском солнце. Оперативники из наружного наблюдения, которые вели Знахаря от самого ресторана, заподозрили, что объект почувствовал слежку. Или просто осторожничает после непонятного контакта. Старший группы приказал усилить внимание. Объект может произвести короткий контакт, который нельзя пропустить: передача записки в толпе, незаметно оброненный спичечный коробок возле лавки, где сидят бабушки, или что-то в этом роде…
Но Знахарь не стремился к людным местам, не озирался по сторонам.
Наконец группе наблюдения повезло. После нескольких удачных снимков Знахаря, которые сделали из стоявших у обочины дороги оперативных машин, контакт наконец состоялся.