«А ведь она хочет мне нравиться, – понял Михаил. – Она же знает, что я из Москвы, что там даже во время войны женщины одеваются не так, как здесь. И вот она стоит передо мной, а на ней обычная суконная юбка, старая кофточка, поношенные ботинки, потому что босоножки и туфли она бережет и ходит в них на работу, в гости или гулять в парк. А сейчас, обрадовавшись случайной встрече со мной, она смущена своим внешним видом. Глупышка. Или умело играющая умница…»
– Добрый вечер, Люба, – улыбнулся Сосновский. – Вы на трамвай? Пойдемте, нам по пути.
– Я на Провиантской живу, – торопливо заговорила женщина. – Долго добираться до работы. А трамваи ходят редко и часто останавливаются. Особенно зимой. Знаете, сколько раз приходилось пешком идти! А снегу, бывает, наметает по колено.
– Я в вашем городе недавно, не успел его изучить. Где находится Провиантская улица, вы мне сейчас покажете. Правда?
– Ой, что вы, Михаил Юрьевич! – засмеялась Люба. – Что там показывать! Улица как улица. Там нет ничего интересного.
«А ведь ты напрашиваешься на свидание, – подумал Сосновский. – Хочешь показать мне город, погулять со мной, мороженое съесть и заполучить в моем лице покровителя? Не слишком ли откровенно? А куда ей деваться? Зря я ее подозреваю. Шпионка из нее не получится. Так играть невозможно. Хотя есть на свете таланты! Но Люба имеет доступ к технической документации, она экономист, она владеет данными по срокам и объемам производства.
Они болтали в полупустом трамвае, стоя у окна на задней площадке. Михаил откровенно любовался своей спутницей. Мила и как же умеет строить глазки! Приятный голос, когда она смотрит в глаза и меняет тон на более тихий, ее голос буквально обволакивает.
Идиллия закончилась быстро. Трамвай остановился, не доезжая до следующей остановки, стало слышно, как в воздухе повисла и завибрировала сирена.
– Товарищи пассажиры, всем покинуть вагон! – громко потребовала вожатая, высунувшись из своей кабинки. – Молодежь, побыстрее!
Повторять два раза не пришлось.